Интервью с главным редактором "Новой газеты" Дмитрием Муратовым

"Начинающие журналисты должны помнить, как назывался их курс– имени Анастасии Бабуровой"

 Галина АККЕРМАН

опубликовано 28/10/2009 Последнее обновление 29/10/2009 16:47 GMT

Дмитрий Муратов на митинге
http://www.hro.org/node/3311

28 октября во Дворце французского МИДа состоялось престижное мероприятие – министр иностранных дел Бернар Кушнер устроил прием в честь студентов первокурсников Французского института прессы. Курс этот непростой, ему присвоено имя Анастасии Бабуровой.

Министр произнес приветственную речь в присутствии главного редактора «Новой газеты» Дмитрия Муратова и родителей убитой в Москве журналистки. Накануне этого торжественного мероприятия Дмитрий Муратов ответил на вопросы Галины Аккерман.

Вы приехали во Францию на особую церемонию – присвоение первому курсу престижного Французского Института Прессы имени Анастасии Бабуровой. Церемонию эту организовал МИД при личном участии министра иностранных дел Бернара Кушнера. Как вы расцениваете этот жест французской дипломатии и будущих французских журналистов?

Это очень важно - для того, чтобы про Настю помнили, чтобы было чуть легче ее родителям и для того, чтобы будущие журналисты, где бы они ни работали, помнили, как назывался их курс. На факультете журналистики МГУ есть премия Ани Политковской и Юрия Щекочихина. Конечно, важно, чтобы люди, вступающие в эту трудную профессию, знали, как расплатилась за это ремесло Настя и ее родители, которые также приехали на эту церемонию.

Настя работала для «Новой газеты»?

Я узнал после ее смерти, что она мечтала работать в «Новой газете», и буквально за несколько дней до ее гибели был напечатан ее материал, связанный с расследованием деятельности неонацистов и скинхедов в России. Ее уже хотели перевести ее из стажеров в корреспонденты…

Ваша газета ведет собственные расследования убийств или предполагаемых убийств ваших сотрудников. Достаточно вспомнить Аню, Юрия Щекочихина, Наталью Эстемирову. Иногда у Вас есть свои версии. Какова версия газеты в отношении двойного убийства Маркелова и Бабуровой?

Я хотел бы еще заметить, что Станислав Маркелов вел огромное количество наших дел, связанных в первую очередь с Северным Кавказом. Он был в частности защитником Ани Политковской по многим делам, связанным с защитой чести и достоинства. Я бы по степени родства для газеты не отделял Аню и Станислава.

Что же касается убийства Маркелова и Бабуровой, то основная версия Следственного комитета при Генеральной прокуратуре, озвученная г-ном Бастрыкиным, это – неонацисты. Вполне вероятно, что кто-то использовал неонацистов. Мы стараемся в этом разобраться. Два дня назад появилась своя версия у брата Маркелова Михаила, депутата Госдумы, журналиста программы «Совершенно секретно». Для него понятно, кто убийца и кто заказчик. Мы с Михаилом еще не встречались. Насколько я знаю. По его версии – заказчики, это некие западные организации. Прямо скажем, исходя из собственного опыта, я в зловещий западный след категорически не могу поверить. Мне кажется, все наши беды мы производим на свою голову сами.

Анастасия была случайной жертвой или убийца хотел ликвидировать обоих?

Существует множество легенд. Это политическое убийство известного адвоката и молодой журналистки, которая находилась на острие расследования деятельности фашистов в России, обросло мифами. Утверждали, что Настя пыталась противостоять убийце, и тот убил ее, фактически защищаясь от нее. Пока, в связи с огромной коррумпированностью всех наших систем, не удалось нормально посмотреть видеозаписи. Видеозаписи, которые делались на улице и в метро, в котором спокойно скрылся убийца. Ведь это – самый центр Москвы, до Кремля за десять минут пешком можно дойти. Так что я не отвергаю никакую версию. Однако, характер входящего и выходящего пулевых ранений свидетельствует о том (я высказываю свою субъективную точку зрения), что убивали и того, и другого.

Вы также расследовали убийство Ани Политковской. К каким выводам пришла Ваша газета?

У меня двойственное отношение. Я сознаю слабость этой позиции. Состоит она в том, что я принципиально одобряю приговор присяжных, но при этом я доверяю выводам следствия. Да, присяжные не имели права отвечать положительно на вопрос о том, виновны ли те, кто сидели на скамье подсудимых, если в их распоряжении не было достаточных доказательств их вины. Так что присяжные поступили правильно. Лучше освободить десятки виновных, чем засудить одного невинного. С другой стороны, зная о том, как велось следствие, зная многие детали, которые я не имею права разглашать, я считаю, что следствие вычислило непосредственного убийцу, киллера, этого подонка, который осуществлял убийство по найму. Не случайно господин Махмудов скрылся. Не случайно он не вернулся и после оправдательного приговора его братьям. И абсолютно не случайно кто-то выдал загранпаспорт человеку, находящемуся в федеральном розыске, что по идее совершенно невозможно. Это очень смахивает на спецоперацию по выводу агента за пределы страны.

Я бы хотела вспомнить еще об одном предполагаемом убийстве – гибели Юрия Щекочихина от таинственного отравления. Чем увенчалось Ваше расследование?

Это –ситуация, которая морально тяжело влияет и на редакцию, и на меня лично. Но отказаться от расследования мы не имеем права. Если непосредственные убийцы Игоря Домникова были найдены и осуждены к пожизненному заключению, если президент Медведев лично, на встрече со мной и с акционерами газеты, взял дело Бабуровой и Маркелова под свой контроль, то на сегодняшний день, несмотря на все оперативные мероприятия и даже на произведенную эксгумацию, мы по Щекочихину ничего установить не смогли. Нет никаких сомнений, что он был убит сильнейшим отравляющим веществом, но современная наука пока не позволила нам к чему-то прийти.

Юра расследовал дело по крупнейшей контрабанде, в котором были задействованы иностранные банки, спецслужбы России, Генпрокуратура и Таможенный комитет. На уровне рядовых исполнителей дело находится в суде, а те люди, которые брали взятки и не давали в течение пяти лет возбудить дело по Юре, один из них стал депутатом Госдумы (это бывший заместитель Генпрокурора Колесников), а другой заместитель Генпрокурора, Бирюков, который всячески препятствовал возбуждению дела о контрабанде, стал теперь сенатором. Ясно, что Щекочихин был убит за свою профессиональную деятельность.

Деятельность, связанную с расследованием «Трех китов»?

19 октября, в любимый Юрин День лицея, мы провели слушания по его гибели в Доме журналистов. Выступали следователи, депутаты Госдумы, милицейские эксперты, «Трансперенси Интернейшенел» Панфилова, журналисты. Мы уверены, что это – совокупность его деятельности, связанной с расследованием коррупции. И в особенности дело «Гранда» и «Трех китов», которое пронизывало вертикаль власти до самого верха. Владимир Путин, который был тогда президентом, должен был назначить специального следователя, потому что все правоохранительные органы стопорили расследование. Ну и потом скажите: умирает депутат Госдумы, заместитель председателя комиссии по противодействию коррупции. Дело по его смерти не возбуждают, а его история болезни пропадает. Мне кто-то будет рассказывать, что это случайно? Не надо, я не поверю.

Расскажите, пожалуйста, о положении «Новой газеты». Еще при жизни Ани у вас были сложности с получением рекламы. Ваше материальное существование всегда было достаточно сложным. Как обстоит дело сейчас?

У нас так устроена страна, что если ты не берешь денег у государства, не получаешь каких-то благ из госбюджета, то тебе плохо. Но мы не можем себе этого позволить. Поэтому мы не жалуемся, что наша жизнь менее комфортабельна, чем жизнь наших коллег на первом и других каналах российского телевидения. Ну и что? Мы себе выбрали такую сферу оказания услуг населению, которая никак не связана с тем, что нас будут любить и кормить из бюджета. При этом мы стали уже выпускать по три номера в неделю, у нас огромными темпами растут тиражи, газета перешла на цвет, благодаря нашим расследованиям, она стала одной из самых известных в мире и самых цитируемых российских газет. Акционеры газеты, Михаил Горбачев и Александр Лебедев, в полном объеме выполняют взятые перед газетой обязательства. А остальное мы должны зарабатывать сами. Что-то у нас получается, что-то – не очень. Во всяком случае, по собственному желанию из «Новой газеты» из 170 сотрудников за последний год ушел только один человек. А ведь у нас 14 региональных выпусков, «Новая газета» выходит также в Казахстане, Израиле, сейчас начнется издание в Украине. Недавно запустились во Владивостоке.

Какую поддержку Вы чувствуете за рубежом?

Это очень интересно и содержательно, когда лидеры крупнейших государств, министры иностранных дел считают необходимым прийти в газету, дать нам интервью, опубликоваться у нас. Таким образом они демонстрируют свою приверженность правам человека, несмотря на необходимость покупать нефть и газ. Важно осознавать, что в мире, кроме реалполитик, существуют незыблемые ценности, которые не меняются на энергетические ценности.

Последний вопрос. Как складываются ваши отношения с Кремлем?

А что такое отношения? Это – чувства?

Я имею в виду рабочие отношения. Время от времени созываются редактора газет, может, какие-то команды поступают, какие-то пожелания высказываются…

Теперь это конкретно. Команд не получаю, в совещаниях не участвую.