Как коррупция на Украине разрушает жизнь «маленьких людей». Подлинная история

 Галина АККЕРМАН

опубликовано 18/11/2009 Последнее обновление 24/11/2009 12:39 GMT

Светлана Мильчевич, мать Агнеш Бос
Photo: http://www.bosnewslife.com

У нашей венгерской корреспондентки Агнеш Бос скончалась, две недели назад, ее мать, гражданка Украины Светлана Мильчевич. Ее смерть, вероятно, была ускорена преследованиями рэкетиров и их пособников в украинских судах и во властных структурах Ужгорода.

Международная организация «Трансперенси Интернешнл» опубликовала свои данные об уровне коррупции в 180 странах мира. Россия в этом списке делит 146 место с Украиной. История Агнеш Бос и ее мамы – конкретный пример того, какую трагическую роль играет всеобщая коррупция в жизни обычных граждан.

Галина Аккерман: Ваша мама трагически скончалась в Ужгороде. Эта смерть явилась трагическим аккордом целого ряда стечения обстоятельств. Ваша мама постоянно проживала в Венгрии?

Агнеш Бос: Да она постоянно проживала в Венгрии, но имела украинское гражданство. Она скончалась на 64 году жизни, Последние четыре года своей жизни она посвятила борьбе с судебным произволом и коррупцией на Украине, так как была захвачена её недвижимость на Украине.

Галина Аккерман: Как я понимаю, её беды начались с покупки земельного участка и дачи около Ужгорода. Расскажите, какие проблемы у неё возникли?

Агнеш Бос: В начале 2005 года, сразу после «оранжевой революции», вдохновленная тем, что на Украине начались перемены после периода Кучмы, она решила купить небольшой недорогой домик в Ужгороде. Она купила дом в самом центре города, но он оказался гнилой, и его нужно было сносить. Как только она снесла дом, то её сосед, Иосип Костич, будучи другом мэра города Ужгорода, Сергея Ратушняка,  захватил половину её участка и провёл по нему забор. Таким образом, он препятствовал моей маме строить дом, несмотря на то, что у неё для этого были все разрешения. Он незаконно построил дом на её территории, не имя на это никакого разрешения. У него были фальшивые документы. Он продолжает пользоваться участком. Сейчас этот участок переписан на моё имя, так как планировался рейдерский захват этого участка, и мама опасалась за свою жизнь.

Галина Аккерман: Вы, очевидно, обращались к правосудию, так как до рейдерского захвата дело не дошло. Как складывалось дело в суде?

Агнеш Бос: Действительно, мама обратилась в суд, и сейчас идёт несколько судебных процессов в связи с тем, что захватчик, – Иосип Костич, – постоянно поставляет суду поддельные экспертизы и документы, которые постоянно приходится оспаривать в каждом отдельном процессе. Суд в отношении забора, который стоит на нашем участке, продвигается чрезвычайно медленно. Он идёт уже четвёртый год. Три раза мы выиграли апелляцию, но суд всё-таки продолжается. Он идёт очень медленно: одно заседание раз в восемь месяцев. Ходатайства моей мамы не рассматриваются. Ситуация в суде Ужгорода такова, что даже имея веские доказательства, вы вынуждены подкупать суд. Судьи рассматривают вас как клиента, который должен заплатить за решение.

Галина Аккерман: К вам обращались с таким предложением?

Агнеш Бос: К нам непосредственно не обращались с таким предложением, потому что все боятся. Сложилось такое впечатление, что судьи обслуживают криминальные круги. Иосип Костич – бывший рэкетир. Он занимается чем-то серьёзным, поскольку имеет большую «крышу», как в прокуратуре, так и в милиции. Мы это знаем точно, так как Костич неоднократно угрожал убить мою маму и меня. Взломали квартиру в Будапеште, попытались взломать квартиру в Ужгороде, распространили листовки, в которых говорилось, что я и моя мама занимаемся набором девушек для работы проститутками у моего мужа в Голландии. Мой муж – известный журналист Стефан Бос, который работает на многие радиостанции мира: «Голос Америки» и «Дойче велле». Всё это вызвало стресс у моей мамы, и у неё возникла опухоль желудка, которую не удалось вылечить.

Галина Аккерман: Практически она умерла очень молодой… 64 года. Что произошло в период, который непосредственно предшествовал её смерти.

Агнеш Бос: Дело в том, что в последнее время её неоднократно угрожали убить. Как только мы выигрывали очередной суд, начинался поток угроз. Кроме того, что ей угрожал её сосед, ей передавал угрозы и председатель суда Андрийцьо, о котором мы написали несколько статей. Дело в том, что у меня и моего мужа есть небольшое пресс-агентство в интернете, на котором мы опубликовали несколько статей, чтобы привлечь внимание широкой общественности. Ужгород находится на границе четырёх стран ЕС, – Польши, Венгрии, Словакии и Румынии. Это - своеобразное «окно в Европу». Мы написали несколько статей, и в связи с ними мама получала угрозы жизни со стороны чиновников Ужгорода, включая председателя суда Василия Андрийцьо, который сейчас занимает пост председателя Закарпатского окружного административного суда.

Галина Аккерман: Когда вашей маме стало плохо, то власти препятствовали её выезду из Украины в Венгрию?

Агнеш Бос: 29 октября я снимала фильм с группой журналистов бельгийского телевидения. Мама позвонила и попросила меня срочно приехать, так как ей было очень плохо, счёт шёл на часы. Я остановила съемки, и мы с моими коллегами приехали в Ужгород. Когда я поднялась в квартиру, я увидела, что моей маме очень плохо. Мы быстро решили перевезти её на лечение в Будапешт, так как на Украине не всё благополучно с медицинским обслуживанием. На границе не возникло проблем с моими документами, однако пограничники стали ссылаться на то, что есть запрет на выезд моей мамы из Украины. Они сказали, что должны изъять её паспорт. Они дали мне акт от 29 октября 2009 года, который сейчас есть у меня.

Галина Аккерман: Это было связано с судебным делом?

Агнеш Бос: На границе мне ничего не сказали о том, что это означает. Они дали номер и сослались на решение ужгородского районного суда от 18 марта 2009 года о том, что ей запрещен выезд за пределы страны. Это одна из проблем украинского правосудия. Они выносят решение, но не сообщают вам о том, что это решение вынесено.

Я всё объяснила таможенникам. Я сказала, что процесс не уголовный, а гражданский, но они никак не отреагировали. Мама долго сидела в машине и уже не могла ни ходить, ни говорить. Нас продержали на таможне несколько часов. На таможне вызвали скорую помощь, и мы уехали в городскую больницу.

Галина Аккерман: Мама умерла в ужгородской больнице?

Агнеш Бос: Да, мама умерла в больнице Ужгорода 3 ноября в 5 часов утра. Я была с ней последние пять дней. Больница в очень плохом состоянии. Врачи боролись за её жизнь. Они хотели найти болеутоляющие средства, но средств очень мало.

Галина Аккерман: После смерти мамы вы можете продолжать её дело?

Агнеш Босс: Да, я хочу перечислить имена нескольких судей, - судья Тарас Бисага, который вынес три решения. Первое: мама должна заплатить моральный и материальный ущерб человеку, который захватил её участок. Второе: мама должна заплатить судебные расходы в общей сумме на 2.000 евро. Третье решение: решение о том, что надо конфисковать паспорт, несмотря на то, что она жительница Венгрии.

Судья Домницкий – председатель ужгородского районного суда. Он председатель совета судей Закарпатья (это орган контроля за работой судов). Один и тот же человек судья и контролёр, - это неправильно.

Галина Аккерман: Что вы собираетесь делать?

Агнеш Босс: Как журналист и как человек, я буду продолжать бороться. Дело надо довести до конца.

См.:http://www.bosnewslife.com/