Перейти к основному контенту

«Послание к человеку» как остров свободы

Афиша кинофестиваля «Послание к человеку»
Афиша кинофестиваля «Послание к человеку» message2man.com

Двадцать восьмой по счету Международный кинофестиваль «Послание к человеку» прошел в Санкт-Петербурге с 15 по 22 сентября. Итоги фестиваля для RFI подводит критик Екатерина Барабаш.

Реклама

Международный кинофестиваль «Послание к человеку» в этом году начался, как всегда, с выстрела из пушки Петропавловской крепости. Стрелял почетный гость, коим на этот раз оказался выдающийся итальянец, любимец фестивалей и отчасти публики, кудрявый оскароносец Паоло Соррентино. В Питер он приехал со своим новым фильмом «Лоро» — картине о другом ярком итальянце, Сильвио Берлускони. В главной роли снялся великолепный Тони Сервилло, уже работавший с Соррентино на картинах «Изумительный» и «Великая красота».

Паоло Соррентино на кинофестивале «Послание к человеку»
Паоло Соррентино на кинофестивале «Послание к человеку» message2man.com

Сервилло — незаурядный артист, но почему-то долгие годы его слава дремала где-то на задворках кинематографа, ленясь выйти наружу. Несмотря на то что Сервилло почти 60, только в последние десять лет он наконец стал по-настоящему знаменитым. Как раз благодаря Соррентино, который неожиданно пригласил его сыграть премьер-министра Италии Джулио Андреотти на закате своей политической карьеры. Потом у Сервилло была «Великая красота», за которую Соррентино получил «Оскара», а сам актер — премию Европейской киноакадемии. И вот снова Тони Сервилло — в роли бывшего премьер-министра, известного своими играми с проститутками и дружбой с Путиным. В фильме есть эпизод, где Берлускони рассказывает своему внуку о визите к нему на виллу Путина — в сопровождении крейсера и двух боевых кораблей.

Соррентино уверяет, что его новый фильм — не о Берлускони как таковом, но об Италии и итальянцах. Впрочем, так уверяют все режиссеры, снимающие байопики, — дескать, их целью было показать лидера страны на фоне общества, причем главный герой тут как раз общество. Берлускони с его артистичностью и болезненной склонности к самолюбованию — отличный персонаж для фарса, которым по сути и стал новый фильм Соррентино.

Другим почетным гостем «Послания к человеку» стала обворожительная француженка, муза Франсуа Трюффо Фанни Ардан, которая в последнее время частенько наезжает в Россию. В этот раз она приехала, чтобы представить документальный фильм Тома Вулфа «Мария до Каллас» о великой певице. Каллас для Фанни Ардан не чужая — ей довелось играть ее дважды. Первый раз она выступила в роли певицы в театральной постановке Романа Полански, потом сыграла Каллас в фильме Дзефиррелли. С Россией у Фанни Ардан тоже нежные отношения — кроме того, что она любит здесь бывать и каждый раз восхищается русским гостеприимством (видимо, она не знает, что гостеприимство по отношению к зарубежным звездам — особая черта русского характера), она еще и сыграла императрицу Александру Федоровну в фильме «Распутин». Ее мужа, действующего императора Николая Второго, сыграл Владимир Машков, а самого Распутина — Жерар Депардье.

Изначально «Послание к человеку» замышлялось как фестиваль документального кино. Собственно, таковым он и остался, но несколько лет назад организаторы придумали программу «Кино сверхреальности», состоящую из фестивальных хитов уходящего года. По семантике, скажем так, эта программа слегка выпадает из контекста. Но резоны организаторов понять можно — с помощью этой программы как раз и приглашаются звезды, известные режиссеры, согласные приехать представить свой фильм и составить солидную рекламу фестивалю. Немного грустно только, что у зрителя в своей массе пока нет привычки к документальному кино. Но если с помощью игровых картин и их авторов есть возможность привлечь зрителя не только из специалистов и особо интересующихся, — то и хорошо. Есть надежда, что российский зритель почувствует по-настоящему вкус документального кино — ведь во всем мире оно бытует в прокате и популярно уже почти наравне с игровым.

Тем более что документальное кино на «Послании к человеку» традиционно сильнейшее. В этом году главный приз фестиваля уехал в Венгрию с режиссером Бернадетт Туза-Риттер, который она получила за фильм «Пленница». Совершенно дикая и дивная история. Женщина немного за 50, хотя на вид — древняя старушка, много лет находится в рабстве в одной из семей. Паспорт у нее отобрали, спать ей приходится не больше четырех-пяти часов в сутки, на улицу не выходить, ни с кем не разговаривать. На наших глазах, под прицелом камеры, в женщине (ее зовут Мариш) происходит какой-то слом — она решается на побег. Мы видим, как замученная женщина с тусклым взглядом преображается — в глазах решимость, в голосе железные нотки. В самом конце пере нами — подкрашенная дама, улыбающаяся, пытающаяся забыть кошмар рабства.

Конечно, много странностей в этом фильме, в первую очередь по части сюжета. Трудно представить себе дом в центре Европы, где процветает натуральное рабство и где нормальная женщина, с двумя руками и ногами, с работающей головой оказывается не в состоянии сделать шаг в свободу. Разумеется, возникают сомнения относительно правдивости самой ситуации и закрадывается мысль о постановочности если не всего фильма, то немалой ее части. Утверждать ничего не берусь, тем более что в любом случае фильм очень сильный, не говоря уж о том, что для нас здесь и сейчас еще и необычайно актуальный. Тема утраченной и обретенной свободы для России сейчас вообще самая больная тема, и любое метафорическое исследование в этой сфере — как маленький кирпичик в новое здание.

Свобода так или иначе — всегда главная тема искусства. В документальном кино, в котором основа и канва — сама жизнь, даже в большей степени. Свобода может жить там, где ты совсем не ожидаешь ее встретить. И выглядеть она может очень по-разному. В фильме «Песни для Кита» Руслана Федотова из Школы документального кино Марины Разбежкиной мы знакомимся с бездомной женщиной. У нее решительно ничего нет — ни крыши над головой, ни друзей, ни своей одежды, ни малейшей надежды на благополучие. Есть только рюкзак и подобранные на помойке вещи. Да, еще друг Никита. Кит. Молодой парень, тоже бездомный. Она поет ему песни из советского репертуара и водит смотреть салют в День победы. Своей одежды у нее нет, но абы что она на помойке не возьмет — будет спрашивать человека за камерой, идет ли ей это, красиво ли то. Человек фантастической внутренней свободы — той высшей свободы, которая живет в голове, в мозгу, в душе, в самом естестве человека и которая плевать хотела и на крышу над головой, и на деньги, и на уют. Только один раз, в самом конце, стоя под душем где-то в ночлежке, женщина заплачет и, обращаясь к стене, простонет: «Господи, как же мне трудно! Господи, когда же это все кончится?» — и степень ее одиночества станет до такой степени ясной, что заболит сердце. Фильм был признан лучшим фильмом национального конкурса.

Сердце должно болеть — и у художника, и у зрителя. И это неправда, что зрителю нужны легкие комедии и бессмысленные боевики. Они тоже, конечно, нужны. Даже самому что ни есть интеллектуалу. Но если сердце никогда не болит от того, что кому-то на экране больно — значит, что-то неладно в кино и в сердце.

На «Послании» сердце болит очень часто. Иногда даже тогда, когда должно петь. Но сердцу лучше знать, когда ему болеть и когда петь. Оно может болеть и от счастья. Фильм Евгении Останиной и Зоси Родкевич «Белая мама», объявленный лучшим документальным фильмом конкурса, — из тех фильмов, которыми надо тыкать чиновникам от культуры: «Смотрите, вам надо доброе кино? Вы хотите, чтобы кино воспитывало молодежь? Тогда выкиньте на фиг свои патриотические поделки и снимайте вот такие фильмы». Героиня картины — женщина лет сорока пяти, мать шестерых своих детей от эфиопа, от 12 до 23 лет. Где муж-эфиоп — неизвестно, зато есть новый муж, обожающий жену и всех шестерых детей-мулатов. Незадача лишь в том, что жена никак не может родить ему своего, общего. Решают взять из детдома. Появление нового мальчика в семье оборачивается адом — 10-летний Даня измотан психологически, неконтактен, агрессивен. «Я убью тебя ночью ножом!» — кричит он приемной матери в приступе агрессии. «Я все равно тебя очень люблю, ты замечательный мальчик», — гладит его по голове новая мама. Здесь пространство так переполнено любовью, что кажется, будто его хватит на весь зрительный зал, и на его окрестности, и на весь российский кинематограф.

В этом году «Послание к человеку» утвердило новый приз — имени Александра Расторгуева, погибшего этим летом, одного из самых талантливых, честных и сильных документалистов страны. Вообще имя Расторгуева словно веяло над всем фестивалем каждую секунду, он будто был здесь — критиковал, хвалил. Он ведь снимал кино с таким вниманием к человеку, с такой чувственной и необъяснимой любовью и к своим героям, что теперь, после его ухода, словно появилась новая точка отсчета. Жаль, что только после ухода. А приз имени Александра Расторгуева получил все тот же Руслан Федотов за фильм о бездомной женщине.

Если сравнивать два конкурса — национальный и международный, — сразу видишь главное различие: российские фильмы при меньшей художественной изощренности по сравнению с зарубежными кажутся более чувственными, болезненными. Кстати, отчасти это как раз из-за меньшей изощренности, которой в зарубежных картинах порой подменяется истинное сочувствие, истинная тонкокожесть. Герои российских фильмов — на грани выживании, они — Дон Кихоты с копьем наперевес против несправедливости. Скажем, отличный, один из лучших фильмов конкурса «Фатеич и море» Алены Рудницкой и Сергея Винокурова рассказывает о семье рыбаков в Приморье. У них никого и ничего нет, кроме рук, умения работать и желания честно зарабатывать свою копейку. Напрасно бьются они в разные начальственные двери, умоляют помочь им в борьбе против воров-браконьеров, которые шастают по океану, забирая всю потенциальную добычу. Никому не нужны эти люди — ну разве что вспоминают о них, когда надо организовать шикарный стол с морскими гадами. Тем временем «морские гады» в человеческом обличье бороздят воды Фатеича и его семьи, и каждый день выходит старик Фатеич безоружный в море совестить этих «морских гадов». Казалось бы, полная беспросветность. А жить сразу легче.

Однажды меня спросили: «Какой фильм ты считаешь самым оптимистичным для себя?» И я вдруг с удивлением поняла: самое оптимистичное кино, какое я видела, — это документальный фильм «Химиотерапия» польского режиссера Павла Лозинского, где герои — онкологические больные во время прохождения ими сеансов «химии». Многие из них не дожили до выхода фильма, многие — наоборот — побороли страшный недуг, но такая жажда жизни буквально рвется с экрана, что сетовать на свои мелкие невзгоды кажется уже неприличным.

В конце концов, все мы немножечко Дон Кихоты в борьбе за жизнь. Просто кто-то шумно идет на ветряные мельницы, кто-то предпочитает негромкую жизнь и негромкое дело. «Послание к человеку» всегда — квинтэссенция жизни и свободы. Это территория свободы, пока еще доступная на наших просторах. И чем сильнее будет сжиматься кольцо несвободы, тем ценнее будут нас для нас вот такие островки, где еще веет свободный дух.

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.