Перейти к основному контенту
Россия

Лукавое правосудие

Фотограф Дмитрий Щедрин
Фотограф Дмитрий Щедрин http://d-schedrin.livejournal.com/13251.html

О том, как расправляется полиция с демонстрантами по 31-м числам на Триумфальной площади в Москве всем хорошо известно. Неплохо осведомлена общественность и о судебных процессах по делам задержанных защитников свободы манифестаций. Штрафы и административные аресты стали обычным и никого не удивляющим исходом этих, с позволения сказать, судов. А вот претензии манифестантов и журналистов к полиции в судах рассматриваются исключительно редко. Случаев удовлетворения этих претензий, кажется, вообще никогда не было.

Реклама

22 ноября в Тверском районном суде Москвы рассматривался иск 27-летнего фотографа Дмитрия Щедрина к государству. Щедрин требовал от министерства финансов выплатить ему 50 тыс. рублей компенсации морального вреда за неправомерные действия полиции. 31 июля этого года во время акции «Стратегии-31» на Триумфальной площади в Москве.

Его сначала задержали в вестибюле метро за то, что он фотографировал сцены задержания манифестантов, а затем в течение получаса избивали в линейном отделении милиции. Вот как он сам описывает эти события.

Дмитрий Щедрин: 31 июля меня задержал сотрудник полиции Рожнов Роман в первоначальной версии «за фотосъемку в метро». Ему очень не понравилось то, что я его фотографировал и я его - позже - снимал на видео - ту запись, которую я выложил. Сейчас его версия изменилась, теперь он утверждает, что он меня задержал, так как я мешал проходу граждан.

RFI: А вы там находились в связи с массовой акцией в рамках «Стратегии-31»?

Дмитрий Щедрин: Да, я освещал «Стратегию-31».

RFI: И что дальше произошло?

Дмитрий Щедрин: Он меня задержал. Истинная причина задержания была в том, что он - на камеру уже - признался, что не хочет предъявлять документы и захотел изъять флеш-карту и уничтожить, таким образом, видеозапись. Это истинная причина задержания. Он меня отвел затем в комнату милиции – тогда еще последний день милиции. Там пристегнул наручниками к решетке, избивал в течение 20-30 минут, изъял флеш-карту и потом вызвал других сотрудников, которые разбирались в устройстве фотоаппарата и удалили видеозапись и фото. Ту видеозапись и те фото, где присутствуют лица 2 отдела, который меня задержал.

RFI: После этого вас отпустили, не обвинив ни в каком нарушении?

Дмитрий Щедрин: Да. Не то что, не обвинив ни в каком правонарушении, вообще отсутствовал какой-либо документ, подтверждающий мое задержание. Не было составлено абсолютно ничего: ни протокола об административном нарушении, ни протокола доставления, ни протокола задержания, ни протокола изъятия личных вещей. То есть, абсолютно ничего. Позже, как сейчас выясняется из показаний, они смогли составить рапорты, но это было несколько дней спустя. Естественно, рапорты только сотрудников, моих никаких подписей нет. За исключением того, что они потребовали от меня написать объяснение, что я не имею претензий к сотрудникам милиции взамен того, что они не будут возбуждать уголовное дело по 318 статье, т.е. якобы я его избивал – командира роты Романа Рожнова.

RFI: Вы им дали такую бумагу?

Дмитрий Щедрин: Да. Мне пришлось дать такую бумагу, потому что, в противном случае, он меня не отпускал. Он изъял все личные вещи, в том числе, сотовый телефон, который отключил, и никто не знал о моем местонахождении. То есть, я посчитал правильным первоначально оттуда выйти, сообщить, где я нахожусь, потому что никто не знал, где я нахожусь, и после этого вернуться в эту комнату и написать заявление.

RFI: И что вы предприняли после этого?

Дмитрий Щедрин: Я пришел в ту же комнату милиции, уже в сопровождении членов наблюдательной комиссии. Там было написано заявление во 2 отдел. Позже вместе с членами НК мы съездили в травмпункт 39 поликлиники, где нам не выдали никаких медицинских документов. Травмы были зафиксированы, но справку выдавать там отказались. На следующий день было написано заявление в прокуратуру и затем – в следственный комитет и потом еще заявление в суд.

 

Суд 22 ноября длился полтора часа и, случись он в былые времена на диком Западе, судью повесили бы на ближайшем фонарном столбе за издевательство над правосудием.

Свидетелей, которые видели Щедрина целым и здоровым непосредственно перед тем, как его задержала милиция, судья допросить отказался.

Свидетелей, которые видели Щедрина избитым сразу после освобождения из милиции, судья тоже игнорировал.

Милиционеров, которые задерживали Щедрина, судья также отказался допрашивать. Командира роты 2-го отдела милиции на московском метрополитене капитана полиции Романа Рожнова, которого Щедрин обвиняет в избиении, судья Евгений Комиссаров также отказался вызвать в суд.

Судья Комиссаров пришел к выводу, что раны и кровоподтеки, которые были зафиксированы медиками травматологического пункта несколько часов спустя, появились у Щедрина в те несколько минут, пока он шел от милиции до встречавших его в метро друзей.

Судья даже высказал предположение, что травмы могли быть причинены болтающимся на шее у Щедрина фотоаппаратом. Щедрин и его адвокат Дамир Гайнутдинов ходатайствовали об истребовании и приобщении к делу в качестве доказательств записи камер видеонаблюдения, на которых можно было бы увидеть обстоятельства задержания Щедрина. Судья ходатайство отклонил.

Причину задержания суд объяснил просто: Щедрин неправильно пользовался эскалатором. Может ли это быть законным основанием для задержания в суде разбираться не стали.

Короче говоря, судья Тверского суда Евгений Комиссаров сделал все от него зависящее, чтобы выгородить полицию и защитить ее от ответственности за незаконное задержание и избиение человека. После чего с легкой душой вынес судебное решение об отказе удовлетворить иск Дмитрия Щедрина.

В центре Москвы средь бела дня было совершено преступление – несколько человек избили фотографа. Оказалось, что правосудие на них не распространяется потому, что на преступниках были милицейские мундиры. 31 июля был последний день российской милиции. Последний день милицейского произвола. Поменялась вывеска, и с 1 августа милиция стала называться полицией. Нет, произвол остался, но он стал называться полицейским.

Следственный комитет уже отказался возбуждать против милиционеров уголовное дело. Теперь Тверской суд Москвы отказал пострадавшему в гражданском иске. Щедрин намерен обратиться в Мосгорсуд, а затем искать правосудия в Европейском суде по правам человека в Страсбурге.

 

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.