Интервью

Алесь Беляцкий: Лукашенко превращает страну в камеру пыток, следующий шаг — военное положение

Алесь Беляцкий
Алесь Беляцкий © RFE/RL

Беларусь сейчас очень напоминает Польшу начала 80-х, когда прокоммунистическая верхушка, ненавидимая всем обществом, была принуждена сесть за стол переговоров, считает глава правозащитного центра «Вясна», экс-политзаключенный Алесь Беляцкий.

Реклама

RFI: Алесь, есть ли какие-то исторические параллели с тем, что происходит в Беларуси с 9 августа этого года? Вы занимаетесь правозащитой практически с момента получение страной независимости.

Алесь Беляцкий: Таких репрессий Беларусь еще не знала за все последние десятилетия. Количество задержанных идет на тысячи. К этим тысячам присоединяются новые каждый день: по очень приблизительным данным сегодня, 12 августа, это уже более 6 тысяч человек — по всей стране. Как в маленьких городках, так и в областных городах и столице происходит реальный террор. Цель очень простая — удержать власть любой ценой и посеять в обществе страх, чтобы не было никаких протестов против фальсификации этих выборов. Но впервые власть столкнулась с тем, что она борется не только с политической оппозицией, с общественными организациями, с журналистами, с правозащитниками — всегда нам как-то в первую очередь доставалось, сейчас же в эти политические процессы включены все слои населения. Мы видим, как сотни, тысячи, десятки тысяч людей выходят на мирные акции, это люди которые никогда не были в политике, которые мало были в общественной деятельности или вообще не были, — они протестуют против несправедливых выборов и требуют честных. Фактически, это единственное требование. Тут уже кандидатура альтернативного кандидата — Светланы Тихановской, которая была вынуждена под психологическим давлением и угрозами уехать из Беларуси, стала не столь важной. Все просто добиваются справедливых выборов и ухода Александра Лукашенко. Он же этого делать не собирается. Его позиция ясная и понятная — сидеть во власти, прикрываясь нарисованными, сфальсифицированными 80% голосов избирателей.

Каковы шансы на затухание волны протестов под таким давлением силовиков?

В глазах белорусского общества, чем бы ни закончились эти волнения в ближайшее время, свою легитимность Лукашенко потерял. Поэтому, думаю, в любом случае в той или иной степени недовольство существующим политическим положением будет выливаться во что-то другое. Власти настроены на насилие, мы видим уже невиданный уровень репрессий. Мы видим убитых, раненых людей — этого тоже никогда не было раньше у нас, чтобы людей просто убивали — в Минске, в Бресте. Мы стремительно скатились в ряд сильно авторитарных стран, где правит несменяемая клика, которая не собирается отдать власть просто так. Но есть большое отличие этой ситуации: впервые, видимо, Лукашенко действительно вчистую проиграл на выборах. По нашим наблюдениям, хотя оно было очень таким, я бы сказал, косвенным — наших наблюдателей выгоняли с участков, мы не могли присутствовать при подсчете голосов, но мы считали явку, мы фиксировали нарушения, мы видели, как эти протоколы писались просто на коленках комиссиями, создавались из фантастических цифр — он на самом деле полностью потерял поддержку общества. Мы сейчас попали в ситуацию, которую можно сравнить разве что с Польшей начала 80-х годов, где была вот эта прокоммунистическая верхушка, которую ненавидело все остальное общество, эта борьба шла несколько лет, пока не привела к круглому столу между правительством и оппозицией. Может быть, мы находимся на таком этапе? Посмотрим, как дальше будут развиваться события.

Государственные пропагандисты, да и сам Лукашенко пугают тем, что без сильной власти страна обречена на распад.

Пугает, да. Меня же радует, что белорусы впервые в таких масштабах (во всяком случае, после начала 90-х такого размаха не было) единодушно высказались за демократические перемены в стране, что видение Беларуси сейчас у белорусских граждан — это независимая демократическая Беларусь с нормальной справедливой судебной системой, страна, где не нарушаются права человека. Фактически, это то, над чем мы, правозащитники, демократическая общественность, работали последние 30 лет. Эти выборы — и драматические, и трагические сейчас, но где-то они дают надежду, что в перспективе, может быть, близкой, может быть, чуть отдаленной, мы имеем хорошие шансы построить демократическую страну.

Государственное насилие, судя по всему, не дало ожидаемых результатов, что дальше могут предпринять власти?

У меня такое ощущение, что военное положение может стать следующим шагом, очень сильное ощущение, если продолжатся массовые волнения. И хочу отметить еще одну новацию этого времени в Беларуси — садизм по отношению к задержанным. Их жестоко избивают, держат в нечеловеческих условиях, камеры переполнены в десять раз, в камеры на 5 человек набивают 60, постоянно избивают там, сыпят хлорку на пол, избивают, когда выпускают оттуда. Фактически, сейчас камеры содержания превратились в камеры пыток. И это не только в Минске. Избивают несовершеннолетних. Мы видим, что силовикам сейчас дан карт-бланш, причем с согласия так называемого президента, который такими методами пробует напугать общество, снова загнать общественную активность куда-то в подполье. Совершается широкомасштабное преступление, за которое отвечают и конкретные исполнители, и те, кто отдает приказы. Нужно все это фиксировать и добиваться справедливости, которая рано или поздно свершится.

Откуда же появились такие садистские наклонности у белорусов, которых привыкли считать мирным, спокойным народом...

Людей учат такому, натаскивают, система так создана и отлажена. Даже те, кто был в армии, имеют представление, как можно человека довольно быстро настроить на исполнение сомнительных приказов. А этих очень хорошо настроили, там все человеческое уходит на далекий план, белорусская система создана не вчера.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями