Перейти к основному контенту
Итоги 2020

Невероятный 2020 год в Беларуси — трагедии и надежды

Сторонники белорусской оппозиции включают свет на своих телефонах и размахивают белорусскими национальными флагами во время акции протеста перед зданием правительства на Площади Независимости в Минске. Cреда, 19 августа 2020 г.
Сторонники белорусской оппозиции включают свет на своих телефонах и размахивают белорусскими национальными флагами во время акции протеста перед зданием правительства на Площади Независимости в Минске. Cреда, 19 августа 2020 г. AP - Dmitri Lovetsky
RFI
18 мин

Консолидация общества, внутриполитический кризис, насилие государства и почти полгода массовых протестов — Беларусь необратимо изменилась за 2020-й, хотя государство утверждает обратное: переворот предотвращен и большинство выбрало стабильность.

Реклама

Выбрать стабильность — это, видимо, переизбрать в шестой раз Александра Лукашенко президентом страны с официальным результатом в 80,1% голосов. И этот результат (раньше были и посерьезнее — 83,49% в 2015) вызвал небывалые для Беларуси массовые протесты. Но не только результаты — 9-12 августа белорусские силовики превратили мирные акции протеста в массовые избиения, в людей бросали светошумовые гранаты, стреляли резиновыми и не только пулями, избивали и задерживали тысячами, несколько человек за время протестов погибло. Изолятор на Окрестина обрел мировую известность — свидетельства о пытках поступают до сих пор, впрочем, избиения и пытки стали нормой в поставгустовской Беларуси и в других изоляторах и РУВД страны. Итоги, представленные ЦИК Беларуси, не признали страны ЕС и США, а позже и приняли несколько пакетов санкций, уже названных МИД Беларуси «санкционным шабашом». Первым с победой Лукашенко поздравил председатель КНР Си Цзиньпин, затем — президент России Владимир Путин. Также признали итоги выборов Азербайджан, Армения, Венесуэла, Вьетнам, Казахстан, Кыргызстан, Куба, Никарагуа, Молдова, Сирия, Узбекистан, Таджикистан, Турция и непризнанные республики Абхазия и Южная Осетия.

Белорусский протест не прекращается и сегодня, правда, это уже не акции в 250 тысяч человек, как это было в августе и сентябре, с наступлением холодов и усилением реакции государства традиционные воскресные марши и акции в другие дни недели приобрели децентрализованный формат — ушли из центра в микрорайоны и на окраины. При этом, как отмечает в интервью RFI социолог Геннадий Коршунов, «можно назвать абстрактно одно главное событие в Беларуси 2020 года — это август, но это событие гораздо больше и по времени, и по тем смыслам, которые туда нужно вкладывать». «Август 2020-го еще не закончился, он начался намного раньше, чем сам 2020 год», — подчеркивает Коршунов, недавний руководитель Института социологии Национальной академии наук Беларуси. Весной социолог подтвердил данные исследования своего института, согласно которым уровень доверия Лукашенко в Минске на это время составлял 24%. В сентябре Коршунов покинул свой пост «по соглашению сторон».

Как все начиналось

Накануне нового 2020 года абсолютное большинство экспертов прогнозировали спокойную и незаметную президентскую кампанию, дескать, будут небольшие протесты сторонников системной оппозиции и не более того. Главный прогноз: сопротивление Лукашенко интеграционным устремлениям Кремля. Но все пошло не так: появление вируса из Уханя и последующий всемирный карантин были проигнорированы белорусскими властями, а ирония Лукашенко по поводу «коронапсихоза», манипуляции властей со статистикой заболеваемости и смертности вызвали недовольство общества. К этому добавилось и ухудшение экономического состояния страны — белорусская экономика и без закрытия границ и спада торговли переживала период стагнации. Вместе с тем полное отрицание «коронавируса» вызвало небывалый подъем гражданской самоорганизации — инициативы и фонды собирали средства защиты для медиков, развозили обеды, закупали необходимую медаппаратуру. Весной в Беларуси появляется новый герой — блогер Сергей Тихановский, который ездит по регионам, разговаривает с людьми о насущных проблемах и необходимых переменах. На самом старте президентской кампании Сергей Тихановский заключен под арест, признан правозащитниками политическим заключенным — как и еще 168 человек по состоянию на 29 декабря (список постоянно обновляется).

Сотрудники Минского тракторного завода идут колонной к Дому правительства. 14 августа 2020
Сотрудники Минского тракторного завода идут колонной к Дому правительства. 14 августа 2020 REUTERS - VASILY FEDOSENKO

Сергей Тихановский был задержан во время сбора подписей за кандидата Светлану Тихановскую, свою супругу, которая пошла на выборы по причине невозможности сделать это уже знаменитому на весну 2020-го блогеру. Пикеты за Тихановскую, экс-главу «Белгазпромбанка» Виктора Бабарико, создателя Парка высоких технологий, дипломата Валерия Цепкало и других претендентов сами по себе становились массовыми акциями — в истории независимой Беларуси километровых очередей за право поставить подпись еще не наблюдалось. Руководитель исследовательского центра Eurasian States in Transition, политолог Андрей Елисеев в интервью RFI называет одним из главных событий уходящего года то, «что антилукашенковское большинство, оппозиция, люди, которые не поддерживают власть, наконец-то осознали себя большинством». «Это случилось только в 2020 году. Ранее белорусская пропаганда и цензура, совершенная система фальсификаций выборов позволяли вводить в заблуждение большое количество белорусов. Они чувствовали себя неуютным меньшинством. Произошел психологический слом — еще до выборов, когда происходила активная кампания альтернативных кандидатов. А коронавирус стал дополнительным фактором, который подстегнул это большинство действовать, можно сказать, обозлил его и помог солидаризироваться», — сказал Елисеев.

«Безусловно, событие года в Беларуси — протесты как таковые. По величине и продолжительности — это не просто самые большие протесты в истории суверенной Беларуси, это одни из самых массовых протестов в недавней мировой истории. Если посмотреть на масштаб протеста 16 августа, когда вышло до 5% населения страны, это за последние два десятилетия один из самых массовых протестов в мире. Особенно, если учесть большие издержки, с которыми сталкиваются именно белорусские протестующие — вероятность быть задержанным, арестованным, избитым, подвергнуться пыткам — это показывает действительно большую решимость белорусского народа вернуть законность в стране и добиться изменений», — подчеркнул политолог.

Консолидация общества

«Я отвечу на вопрос о главных событиях года, может быть, больше по лично важным для меня ощущениям, мне кажется, этот момент остается за рамками всевозможных топ-списков, — говорит философ, политолог Петр Рудковский, глава Белорусского института стратегических исследований. — Я понял, что нечто серьезное происходит в Беларуси, что перемены грядут, когда увидел, что Вероника Цепкало выражает солидарность с арестованным Сергеем Тихановским и поддержку Светлане Тихановской. Теперь кажется: ну что тут такого? Они же позже вообще объединились. Но на тот момент — в июне — ситуация была кардинально другой. Эти группы людей друг друга не знали, не сотрудничали, существовали в параллельных мирах — блогер Тихановский и бывший приближенный к Лукашенко Валерий Цепкало. И тут случается этот явный и четкий сигнал солидарности. Следующий момент: это уже само объединение штабов Тихановской, Бабарико и Цепкало. При этом я на 99% убежден, что никакие там особенные маркетологи и пиар-специалисты за этим не стояли, просто вот такой талант Марии Колесниковой (представителя штаба Бабарико, уже находившегося на тот момент в СИЗО. —RFI), Вероники Цепкало, Светланы Тихановской и их команд, здравый смысл, умение находить некие идеи в нетипичной ситуации, штабы действовали спонтанно, они должны были очень быстро принимать решения — тактика белорусских властей ограничивала их временем. Тем не менее, очень креативно смогли друг друга поддержать, продемонстрировать свою удачную символику — виктория, сердце и кулак, белые ленточки и браслеты, очень много удачного креатива можно вспомнить. Даже профессиональный маркетолог не смог бы придумать более удачные ходы, чем эти спонтанные действия трех женщин». По словам Рудковского, один из самых опасных моментов для движения сторонников перемен заключался в вынужденном удалении Тихановской из страны: «Мог произойти раскол. Расчет властей был очевиден, и раньше им удавалось это. Но раскола не произошло. И тогда я отчетливо понял, что общество серьезно созрело к чему-то важному. Эти три момента не масштабные, приглушенные, спрятанные — но, на мой взгляд, очень важные».

Директор института «Палiтычная сфера», политолог Андрей Казакевич главным достижением года называет консолидацию и самоорганизацию белорусского общества, «невиданная включенность граждан в различные общественные кампании, политическую активность и в итоге — в протестную активность». «Это достижение, которое на много лет вперед определит политическое развитие Беларуси. Оно абсолютно позитивное, так как закладывает хорошую основу для демократического развития, построения современного общества, современной экономики Беларуси», — сказал Казакевич на итоговом экспертном заседании «Пресс-клуба», также недавно попавшего под маховик репрессий — пятеро его сотрудников находятся в СИЗО. Главным же разочарованием политолог называет действия властей, которые, «имея огромное количество ресурсов, механизмов для влияния на политическую и общественную ситуацию — через деньги, исполнительный аппарат, спецслужбы, использовали самые примитивные краткосрочные стратегии, которые дают временный эффект, что касается сохранения власти, но являются абсолютно разрушительными, что касается политических, социальных институтов, доверия к власти и госорганам вообще». По мнению Александра Добровольского, старшего политического советника Светланы Тихановской, главное достижение находится в психологическом изменении общества: «У людей появилось чувство собственного достоинства, ответственности и надежда. В обществе появилось чувство гражданственности. Появилось стремление ценить свое. Мне кажется, это признак появления полноценной нации, когда свою историю, символику, своих музыкантов, деятелей культуры, спортсменов люди начинают ценить больше, чем еще год назад, когда все смотрели на российскую попсу, литературу, что-то такое, что не наше, а наше считалось не вполне полноценным. Появились солидарность и самоорганизация».

Экономист Даниэль Крутцина называет также одним из главных итогов года небывалую доселе активность белорусской диаспоры на приближение перемен в Беларуси — белорусские коммьюнити в Германии, Франции, США и других странах высказывали не только свое мнение по поводу фальсификации выборов, но и, как замечают эксперты, оказывали влияние на принятие западных санкций.

Год — за десятилетия

За 2020 год Беларусь пережила события, которые пока трудно даже перечислить, не то чтобы систематизировать и проанализировать — это предмет будущих серьезных исследований. «За год страна прошла путь, на который нужны десятилетия, из покорного «народца» родилась нация», — примерно такую формулировку корреспондент RFI слышал не от одного эксперта. Равно как и уже расхожую фразу в социальных сетях: «для власти дна нет, они пробивают все новое и новое». Перемены затронули все без исключения социальные группы: увольнения госслужащих, движения медиков, деятелей культуры и шоу-бизнеса, особенно болезненное для любителя хоккея и спорта вообще движение спортсменов. Утверждение о монолитности системы не вполне соответствует действительности — в Координационном совете, созданном по инициативе Тихановской, есть и бывшие из власти, телеграм-каналы постоянно публикуют «сливы» документов и записи разговоров чиновников, есть фонды помощи как и пострадавшим от репрессий, так и уволившимся из силовых структур, создается единая книга преступлений режима. Хотя, как считают в другом лагере, 2020-й показал незыблемость системы, построенной Лукашенко. Главное событие года, как заявил депутат Палаты представителей Олег Гайдукевич в эфире гостелеканала «Беларусь 1», — это предотвращение попытки государственного переворота: «Пришло время собирать камни, потому что не будет насильственного свержения власти, решения судьбы Беларуси на улице. Власть никуда не уйдет и не убежит — это все сказки, что очевидно и понятно».

Примечательно, что, помимо подавления силой протестов и посадки инакомыслящих, белорусские власти весь год занимались поиском врагов — внутренних и внешних. Внешними побывали Россия в целом и некие «кукловоды» белорусской оппозиции в частности (были задержаны три десятка «вагнеровцев», но потом отпущены), Запад в целом и Литва с Польшей в частности, Соединенные Штаты и НАТО у границ. Во внутренние враги попали фонды, сотрудничающие с Западом, полтора миллиона католиков (данные о количестве верующих этой конфессии есть только за 2009 год, официальная статистика на этот период указывает среднее количество по стране — 15%, в западных областях — от 50% и выше — RFI) во главе с митрополитом Тадеушем Кондрусевичем, студенты, негосударственные СМИ и корреспонденты иностранных СМИ.

«Метафизический — не календарный — август продолжается, — подчеркивает социолог Геннадий Коршунов. — События, которые должны были стать просто очередными президентскими выборами, стали чем-то значительно большим, тем, что действительно переформатирует и белорусское общество, и белорусское государство, и белорусскую нацию в целом. Причем, видимо, мы первые в Европе выходим на формирование нации как чего-то совершенно другого. Здесь несколько революционных фазовых переходов. Во-первых, технологических, когда сначала компьютеризация, затем интернетизация и теперь смартфонизация кардинальным образом меняют и ценности, и коммуникативные практики, и повседневность на всех уровнях. С другой стороны, происходит действительно гражданская революция, которая перестраивает и само общество — горизонтальная революция, и переструктурирует, заставляет по-другому смотреть на то, чем является государство, чем оно может быть. Третья составляющая — это процессы национального самосознания, которые вышли в Беларуси в этом году на совершенно феноменальный уровень».

Социолог напоминает, что рождение национальных государств в XIX веке — «это результаты становления общества модерна», здесь и сейчас «формируется совершенно другой базис, совершенно другой фундамент, у нас сейчас сложилась «мгновенная горизонтальность», например, «когда фактически все белорусы следили за всем, что происходило с Романом Бондаренко (погибший активист после задержания силовиками и сторонниками властей во дворе «Площадь перемен». — RFI), ждали новостей, когда он был в больнице – такого никогда не было». «У нас сейчас фактически процессы и гражданского строительства, и государственного строительства, и национального будут идти параллельно. И это настолько глобальный эксперимент, коллективный причем, поэтому он и есть горизонтальный, он слабо управляемый. Я не уверен, что им управлять можно вообще. Да, какие-то вбросы информационные делаются с разных сторон, но люди на самом деле не дураки. Да, массовое сознание противоречиво, да, оно алогично, местами иррационально. Но люди не дураки, и что-то изнутри вырастает, невзирая на все внешние вбросы. Мы можем вполне быть одной из самых интересных к изучению стран в ближайшие годы, — рассуждает Геннадий Коршунов. — Эти процессы у нас рассматривались Европой как минимум с 90-х годов. Достаточно посмотреть, что писали политологи, например Джорджо Агамбен, о проблематике взаимоотношений общества и государства, о редукции государства. На мой взгляд, одна из причин повышенного внимания к Беларуси со стороны мирового сообщества сейчас как раз-таки в том, что у нас на одной территории показываются два полюса. С одной стороны — до чего может дойти власть, до абсолютно воплощенного такого, рафинированного насилия. А с другой стороны — что этому может противопоставить общество. С одной стороны сила, с другой стороны воля, почти как у Бердяева. Я считаю, что революция в Беларуси — очень философская, здесь и кантианство можно найти, когда люди выходят на протест, который власти называют незаконным, но они выходят с ощущением абсолютного морального превосходства. С другой стороны, декартовское — я мыслю, следовательно, я существую. Это базис формирования нации, когда мы вдруг осознали, что мы есть. Белорусы — декартовская нация, и уже через это понимание себя, осознание себя начинает выстраиваться все остальное. Политического тут как такового очень мало, тут все на морально-этической базе, которая привела к взрыву, который порождает новое социальное. Именно отсюда вырастет (и уже вырастает) новое политическое пространство, новые политические правила, новые политические субъекты. Этот путь мы прошли отнюдь не с августа. Можно вспомнить и солидаризацию общества во время пандемии, а можно и акции против интеграции накануне нового 2020-го, а можно и еще раньше — когда в Вильнюсе происходило перезахоронение останков Кастуся Калиновского и других повстанцев, и город был весь в бело-красно-белых флагах, ни литовцы, ни поляки, ни сами мы не ожидали такого. Вот когда начинался август 2020-го».

Протест в Минске 8 ноября 2020.
Протест в Минске 8 ноября 2020. REUTERS - STRINGER

За время протестов в Минске и регионах (до 2020 года регионы практически не участвовали в акциях) было задержано более 30 000 человек. По официальным данным, погибли четыре человека, не исключается, что количество смертей занижено. Сотни людей ранены. Сотни людей проходят по уголовным делам. Количество суток административного ареста — десятки тысяч.

В стране заблокировано более 50 информационных ресурсов, четыре газеты остановили выход, 477 раз журналистов задерживали, 62 журналиста пострадали от насилия властей, 1200 суток журналисты провели под арестом, 15 — под уголовным расследованием, 9 журналистов — в СИЗО.

Больше подробностей об этом годе в Беларуси на сайте RFI по хештегу #БЕЛАРУСЬ

 

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.