Перейти к основному контенту

«Не всех пачками суют в тюрьмы»: оппозиция и власть в Азербайджане

Приморский бульвар и вид на «Пламенные башни», Баку, март 2019 г.
Приморский бульвар и вид на «Пламенные башни», Баку, март 2019 г. Mladen ANTONOV / AFP

9 февраля в Азербайджане прошли внеочередные парламентские выборы. Большинство мест в новом составе парламента снова получила президентская партия «Ени Азербайджан», а также лояльные ей политические силы. Единственным оппозиционным депутатом в Милли Меджлисе стал представитель незарегистрированной партии «Республиканская Альтернатива» Эркин Гадирли. Накануне выборов Русская служба RFI встретилась с представителями оппозиции и депутатом от правящей партии, чтобы узнать, есть ли в азербайджанской политике место для критики власти и почему большинство оппозиционеров оказываются в тюрьме.

Реклама

«Навальный» из Баку

«Я знал, что могу выдержать напряжение, но не знал, что смогу выдержать столько напряжения, столько давления. Давление на меня было очень сильное, несколько раз избивали, было давление на семью. Я открыл себя с другой стороны», — вспоминает 49-летний оппозиционер Ильгар Мамедов. Мамедов пришел в политику в 1998 году, в 2008-м вместе с единомышленниками основал партию «Республиканская Альтернатива». В 2013 году партия выдвинула его кандидатом на президентские выборы, но за восемь месяцев до выборов Мамедова арестовали, и следующие 5,5 лет он провел в тюрьме.

Выйдя из тюрьмы, Мамедов вернулся к политической деятельности. В маленькой квартире в панельной многоэтажке спального района недалеко от центра Баку он вместе с соратниками по незарегистрированной партии «РаАл» готовится к внеочередным парламентским выборам. «„Республиканская альтернатива“ — это альтернатива монархическим тенденциям, которые наметились в азербайджанском обществе с 2000-х годов, когда произошла передача власти от отца к сыну», — объясняет Мамедов идеологию партии.

«Наша идеологическая позиция — проевропейская, прозападная. [Нынешние власти] поставили европейский выбор Азербайджана под вопрос: хотим мы оставаться европейской страной под защитой Европейской конвенции по правам человека или не хотим? Мы трезво оцениваем историю страны и считаем, что культурные связи с нашими соседями, Россией должны оставаться. У нас в правлении большинство получили образование на русском языке. Но нужно делать исторический выбор, как властям, так и азербайджанскому обществу», — говорит Мамедов, выпускник исторического факультета Московского госуниверситета, который он закончил уже после распада СССР в 1993 году.

Лидер партии "Республиканская альтернатива" Ильгар Мамедов
Лидер партии "Республиканская альтернатива" Ильгар Мамедов facebook.com/pg/realilgarmammadov

«Эта власть не идеологическая, это власть семьи. Политическая система — можно ее называть и диктатурой, и монархией, и чем угодно, — но вся эта система держится на одном: высокая цена на нефть, — объясняет оппозиционер. — Второе, что их удерживает у руля, — это репрессивная машина в виде прокуратуры, полиции и других силовых органов. Вот на таком фундаменте основана современная политическая система, которая управляет нашей страной».

Зарубежные СМИ сравнивают Ильгара Мамедова с российским оппозиционером Алексеем Навальным и бывшим грузинским президентом Михаилом Саакашвили. Сам Мамедов ничего общего с Саакашвили не видит, а сравнение с Навальным не оспаривает, однако, уточняет: «если бы Азербайджан был больше, чем Россия, то Навального сравнивали бы со мной». Однако в отличие от главы российского Фонда борьбы с коррупцией «Республиканская альтернатива» антикоррупционными расследованиями не занимается. «Всем и так все понятно. Понятно, что воруют. Всем понятно, что система неэффективная. Мы пытаемся предложить большую идею стране в противовес отсутствию идеи у власти», — говорит Мамедов.

► Выборы Алиева: азербайджанская политика в четырех вопросах

В партии сейчас числятся три тысячи зарегистрированных членов. Однако реальное число сторонников намного больше, уверяет оппозиционер. Большинство — молодые, образованные, проевропейски настроенные азербайджанцы. «Структура такая же как у наших подписчиков в фейсбуке: в основном, это люди от 25 до 45 лет. Это самая экономически активная часть общества. Но также люди от 18 до 24 — просто их меньше в фейсбуке, они на других платформах. Средний возраст наших кандидатов — 35 лет», — рассказывает о партийной социологии Мамедов.

Несмотря на отсутствие регистрации, партия выдвигает на выборы независимых кандидатов, проводит встречи с избирателями, ведет активную агитацию в социальных сетях. «Буквально два дня назад мы запустили предвыборный ролик и только на моей странице его посмотрели 75 тысяч человек», — рассказывает Мамедов. «Потребность [в переменах] у людей есть, но вопрос, на что люди готовы ради этих перемен? Все понимают, что так больше жить нельзя. Без политических изменений и реформ власть точно все потеряет. Как долго это продлится? Я не думаю, что в историческом смысле долго, в лучшем для властей случае — несколько лет».

«Мошенники и криминальные элементы»

Самого Ильгара Мамедова к участию в выборах 9 февраля не допустили из-за непогашенной судимости. Но «Реальная альтернатива» смогла провести в парламент одного своего представителя. Для несистемной азербайджанской оппозиции — это большой успех. А большинство мест в Милли Меджлисе снова получила партия «Ени (новый) Азербайджан».

Штаб партии «Ени Азербайджан» находится в огромном новом здании. На первом этаже у входа скучают полицейские. В длинных пустых коридорах слышно только эхо редких шагов. «Все разъехались по округам, вести предвыборную кампанию», — объяснят Севиндж Фаталиева. Фаталиевой 40 лет, 10 из которых она является депутатом азербайджанского парламента. Она впервые участвовала в выборах в 2010, став тогда самым молодым парламентарием, а 9 февраля переизбралась уже на третий срок, получив в своем округе 63% голосов. За годы работы в парламенте Фаталиева стала опытным лоббистом политики Алиева за пределами Азербайджана, она — глава отдела международных связей партии «Ени Азербайджан», председатель межпарламентской группы Азербайджан-Дания, заместитель председателя комитета по международным отношениям и межпарламентским связям, член азербайджанской делегации в ПАСЕ.

Главным достижением нынешних властей Фаталиева называет стабильность. «Мы спокойно можем выходить на улицу, и днем, и ночью, — говорит депутат. — Вопросы безопасности полностью обеспечены, вопросы мирного сосуществования различных народов, — не это ли является той ценностью, которая для мира большая проблема, особенно в этом регионе, где есть проблема борьбы с терроризмом?». А из проблем ее избирателей волнуют недочеты в законодательстве и благоустройство: «много предложений по законодательству поступает, поступают предложения по благоустройству каких-то пространств, дорог. В плане образования есть пожелания, по поводу многодетных семей», — перечисляет депутат.

Депутаты Милли Меджлиса Севиндж Фаталиева (слева) и Сахиба Гафарова
Депутаты Милли Меджлиса Севиндж Фаталиева (слева) и Сахиба Гафарова facebook.com/sevinj.fataliyeva

Тот факт, что азербайджанская оппозиция не допускается до выборов, а если допускается, то постоянно проигрывает, Фаталиева считает виной самой оппозиции. «Никаких ограничений на деятельность оппозиции в предвыборной кампании нет. Если кто-то не смог зарегистрироваться, то на это есть определенные причины в рамках закона, — уверена депутат. — К сожалению, те политические силы, которые позиционируют себя как крупные оппозиционные партии, не выносят на повестку дня свое видение будущего и не предлагают никакие пути развития, а исключительно занимаются критикой правящей партии. Я думаю, это не совсем правильный подход. Безусловно, критика нужна, но одновременно они должны показать свою готовность создать лучшие условия жизни в стране».

Проблем с независимыми СМИ в Азербайджане тоже нет. «Людей же не всех прям пачками суют в тюрьмы, за то, что они что-то не так говорят, — рассуждает депутат. — Абсолютно это неправильное представление фактов. Безусловно, есть определенные проблемы, но давайте говорить и о позитивных шагах, которые были сделаны. У нас есть огромное количество частных каналов. Я телевизор мало смотрю, но что касается интернет-ресурсов, то, кажется, там только негатив и пишется. Откройте посмотрите — есть какие-то ограничения? Очень много критики власти там, обоснованной, необоснованной — все что хотите там можете встретить и никого за это не преследуют и не сажают в тюрьму».

А недавний доклад ПАСЕ, в котором утверждается, что в стране больше 120 политзаключенных, Фаталиева называет происками врагов Азербайджана. «Сегодня мы живем в век информационной войны. Я участвовала в сессии ПАСЕ и я категорически не согласна с этим докладом, — говорит Фаталиева. — Я думаю, доклад Совета Европы является результатом заказа для создания определенного имиджа Азербайджана. Тут необходимо говорить о том, насколько все эти люди являются действительно политиками, оппозиционерами, а не просто мошенниками и какими-то криминальными элементами».

► «Можно писать все, что хотите, но после этого вас могут арестовать»: свобода слова по-азербайджански

Еще одной попыткой опорочить имидж руководства страны стала, по мнению Фаталиевой, публикация расследования «Азербайджанский ландромат (прачечная)»,. По данным журналистов международного консорциума OCCRP, руководство Азербайджана систематически подкупало чиновников Евросоюза, ПАСЕ, ЮНЕСКО, а также западных журналистов и политиков. Через датские, британские и азербайджанские банки и офшорные финансовые компании прошло 2,9 миллиарда долларов. Публикация привела к громкому политическому скандалу в европейских странах. Уголовные дела были возбуждены в Дании, Эстонии (по данным OCCRP значительная часть денег была «отмыта» через эстонское подразделение Danske Bank). К расследованию подключились правоохранительные органы Италии, Германии, Бельгии.

Однако в самом Азерабайджане расследование не привело ни к каким последствиям. Все дело в заговоре против Баку, считает Фаталиева. «Документы, о которых вы говорите, все это основано на том, что на пороге каких-то знаковых событий в Азербайджане, будь то Европейские игры или Евровидение, или подписание какого-то нефтяного, или энергетического проекта, обязательно такого рода обсуждение и критика появляются в зарубежных СМИ, в международных структурах, — объясняет депутат. — Все это направлено на подрыв имиджа Азербайджана. Мы не говорим о конкретных странах, а об определенных кругах, которые не хотят развития Азербайджана, которые действуют по указке армянского лобби и пытаются оказать на нас определенное давление. Во-первых, армянское лобби, а во-вторых, мы живем во времена исламофобии. И такое развитие нашей страны оно раздражает определенные круги».

«Сегодня Азербайджан ничем не отличается от многих европейских государств, и в плане ценностей, и в плане демократического развития, и обеспечения политического консенсуса в стране. — с уверенностью заявляет Фаталиева, делая при этом оговорку об особенном пути. — Мы молодое государство, мы должны думать о том, что у каждой страны свой демократический путь развития. То, что происходит в Германии, Америке, во Франции — это не обязательно под копирку можно поставить на Азербайджан или на какую-то другую страну — Россию или Турцию. У нас это, может быть, работает по-другому, но работает. Я думаю, и во Франции есть определенные слои населения, которые чем-то недовольны».

Молодежь: между эмиграцией и оппозицией

«Политикой в Азербайджане заниматься нелегко. Тебя могут посадить, избить, оклеветать, уволить с работы», — говорит еще один кандидат в депутаты на досрочных парламентских выборах Тургут Гамбар. Накануне парламентских выборов Тургут вместе с единомышленниками создал предвыборный блок «Движение», который объединил 18 представителей гражданского общества разных политических направлений, в том числе блогера Мехмана Гусейнова, активистку гендерного движения Рабию Мамедову. «У нас народ был очень политизирован. Но как начались репрессии, а с другой стороны пришли нефтедоллары, то политический процесс затих, стабилизировался», — объясняет молодой политик.

«Точного ответа на вопрос, зачем нужны эти выборы, ни у кого нет, потому что власти у нас не общаются с обществом», — говорит оппозиционер. Предвыборный период блок «Движение» использует для «хождения в народ». «В обычное время вести агитацию бывает либо сложно, либо невозможно. Сейчас мы ходим по дверям, общаемся с гражданами, избирателями. А в другое время, если ты пойдешь по дверям, то на третьей двери какой-нибудь агент вызовет полицию и всё. А сейчас — 20 дней возможности общаться напрямую с избирателями, рассказать о себе, о нашей платформе, узнать реальное отношение людей к происходящему, к оппозиции лично. Это дает возможность мобилизовать, привести новых людей в политический процесс», — рассказывает Гамбар.

Тургут Гамбар (в центре) и его соратники по блоку "Движение"
Тургут Гамбар (в центре) и его соратники по блоку "Движение" facebook.com/turgut.gambar

Тургут — член правления молодежного движения Nida («Возглас») и сын известного оппозиционера, одного из основателей Народного фронта Азербайджана Исы Гамбара. «Я вырос в политической среде и уже в 16 лет пошел на первый свой протест. Никто ничего мне не говорил, не заставлял. На протест я пошел со своими друзьями, и с тех пор я скорее в молодежных организациях, а не в партии, — рассказывает оппозиционер. — Интерес молодежи к политике повысился. На наши протестные акции очень много молодежи приходит. Сейчас у нас возникает феминистическое движение, общество защиты прав животных, ЛГБТ-сообщество».

Рост интереса к политике он объясняет нарастающими проблемами в обществе и отсутствием перспектив. «Низкие зарплаты, пенсии, безработица, коррупция, общая стагнация — ничего не меняется, плохое качество здравоохранения, образования, — перечисляет Тургут причины для недовольства. — Как результат: общая апатия и неверие ни во что. Рост влияния религиозных сил. Очень много людей уезжает из страны. Люди учатся за рубежом и потом очень многие не возвращаются. Потому что ты знаешь, что если хочешь хорошую карьеру, то в какой-то момент тебе придется выказать свою лояльность властям. Очень многие молодые люди этого не хотят, поэтому либо остаются в стороне, либо уезжают из страны».

► На досрочных парламентских выборах в Азербайджане снова победила партия президента

Социальное недовольство не может накапливаться бесконечно, уверен Тургут. «Есть все предпосылки, все симптомы недовольства, которые могут перерасти в социальный взрыв, в протесты, — предупреждает оппозиционер. — У властей есть два выбора: или они начинают реальный процесс трансформации и начинают диалог с оппозиционными силами, или продолжают делать то, что делали — репрессировать, фальсифицировать и надеяться на то, что так и будет продолжаться. Но, смотря на историю, мы понимаем, что так долго продолжаться не может».

Все разговоры о молодом государстве, у которого свой, отличный от западного, путь к демократии, по мнению Гамбара, несостоятельны. «Есть какие-то базовые фундаментальные принципы, без которых ничего работать не будет: выборы, суды, разделение властей, — перечисляет политик. — Многие пытаются доказать, что некоторые народы к этому не готовы. Я лично так не считаю. Это не ядерная физика, здесь нет ничего сложного. Мы доказывали, что можем проводить свободные выборы. Это просто результат того, что есть определенная группа людей у власти, которая мешает этому процессу».

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.