ИНТЕРВЬЮ

«Мы понимаем, что им угрожает смертельная опасность». О похищенных силовиками чеченских юношах

Чечня, Центорой (архивное фото 16/04/2016)
Чечня, Центорой (архивное фото 16/04/2016) AP - Musa Sadulayev

Европейский суд по правам человека в срочном порядке и в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда обязал Россию допустить независимых медиков, адвокатов и родственников к 20-летнему Салеху Магамадову и 17-летнему Исмаилу Исаеву — братьям, которых задержали 4 февраля силовики в Нижнем Новгороде и насильно вывезли в Чечню, где держат в заключении, не допуская к ним ни родителей, ни адвоката. Пока российская сторона никак не отреагировала на это решение ЕСПЧ.

Реклама

Летом 2020 года Магамадов и Исаев, будучи модераторами телеграм-канала, в котором критиковали руководство Чечни, обратились в Российскую ЛГБТ-сеть с просьбой о помощи. С тех пор эта правозащитная организация укрывала их от преследований в Нижнем Новгороде. В настоящий момент Российская ЛГБТ-сеть предпринимает усилия для того, чтобы предотвратить незаконные действия в отношении Магомадова и Исаева и привлечь общественное внимание к их задержанию и последующему заключению. О подробностях RFI рассказал пресс-секретарь Сети Тим Бесцвет.

Тим Бесцвет: В июле 20 года Салех Магамадов и Исмаил Исаев были задержаны на территории Чеченской республики патрульной службой. Причиной задержания, по словам самих ребят, послужила модерация в одном из оппозиционных телеграм-каналов, где ребята высказывали свое мнение о власти и публиковали символику LGBTQ+, в частности, прайд-флаги. После задержания ребятам удалось уехать из Чечни, а потом они обратились к нам. После того их задержания в 2020 году в интернете появились публичные извинения ребят — их заставляли извиняться за свои действия, Салеха Магамадова заставляли говорить, что он не мужчина, а пустое место, Исмаила Исаева заставляли просить прощения напрямую у «падишаха». К ним применяли физическое давление, воздействие и психологическое, разумеется, тоже. На этом видео, мне кажется, можно заметить, что на их телах есть следы избиений. У них были синяки — это факт. Можно заявлять о том, что их как минимум избивали. Что делали с ними еще, здесь трудно говорить, просто потому что жертвы насилия как правило очень долго не могут говорить о травмах и подробностях насилия.

RFI: Их задержание и последующее заключение были как-то оформлены? Им предъявили претензии в нарушении закона?

Никакого решения суда о их задержании не было, по крайней мере, ребята нам не сообщали, мы сами запрашивали информацию в МВД Чечни, но не получили ее. Со слов ребят, никаких протоколов они не подписывали, ничего такого не было.

О чем они просили Российскую ЛГБТ-сеть?

Они обратились к нам, находясь уже не на территории Чеченской республики, они нас попросили помочь им перебраться в безопасное место. Разумеется, они говорили о применении к ним физического насилия, избиении, о том, что их заставляли записывать эти видеообращения, где они говорят уничижительные слова (о себе), разумеется, не по своей воле.

Вы планировали оставить их в Нижнем Новгороде или все же переправить за рубеж?

Мы вместе с ребятами видели конечную цель в их переезде с территории России. Здесь нужно понимать, что мы учитывали и пожелания ребят, потому что изначально они думали, что им будет безопасно находиться в Нижнем Новгороде. То есть действительно ребята очень долго не могли принять решение о том, чтобы покинуть территорию России. А затем, когда мы начали подавать документы и все это осуществлять, все затянулось из-за пандемии.

Почему именно Нижний Новгород?

По стечению обстоятельств в нашей внутренней работе, Нижний Новгород оказался одним из тех мест, где мы могли им в экстренном порядке организовать шелтер (укрытие). В частности, предоставить им жилье, где они могли ощущать себя в безопасности и как минимум снабжать их продуктами и оказывать им помощь, материальную и психологическую. На протяжении всего этого времени ребятам не поступали никакие угрозы, мы были максимально подключены к их жизни. На территории Нижнего Новгорода все это время их нахождение было довольно-таки спокойным, и ничто не предвещало той ситуации, которая произошла.

Здесь хочется сделать ремарку, почему мы не предполагали, что силовики могут сыграть свою роль. Просто по практике правозащитников по Северному Кавказу, те случаи, когда только силовики занимаются задержанием и возвращением ребят, которые бежали с территории Чечни — это прецеденты, их не так много. Обычно родственники обращаются к силовикам и вместе с ними, с чеченскими силовиками, приезжают на территорию любого города в России и забирают людей оттуда. Как правило, к сожалению, это происходит по инициативе родственников. В данном случае то, что произошло с ребятами, произошло не по инициативе родственников. Это произошло по инициативе силовых структур. Это первый случай, когда наших подопечных похитили чеченские силовики, а также в этом были задействованы нижегородские полицейские, которые нам не предоставили никакой информации по факту случившегося и просто направляли в Гудермес нашего адвоката.

Что вам сейчас известно о ребятах?

На текущий момент у нас нет никакой официальной информации официальной по материалам дела, если оно существует. И о их местонахождении. Ни у нас, ни у наших адвокатов. Мы точно знаем, что они находятся в Чечне. 4 февраля наш адвокат в Нижнем Новгороде очень долго пытался понять, куда увезли его доверителей, и от нижегородской полиции мы услышали, что «все вопросы – в Гудермес», и он поехал в Гудермес. В Гудермесе он только 6 февраля увидел их собственными глазами в ОВД по Гудермесскому району.

В какие ведомства вы обращались?

С запросами мы обращались в УВД РФ по Нижнему Новгороду и Чечне, мы обращались в СК Чеченской республики, в нижегородскую и чеченскую прокуратуры. В итоге никакой информации, никакого ответа ни от одной из структур не последовало до сих пор. Наш адвокат Александр Немов, который прибыл в Гудермес на следующий день после похищения, каким-то чудесным образом сумел войти в ОВД Гудермеса, где он попал на допрос своих подзащитных, и они ему сказали, что их везли двое суток из Нижнего Новгорода, и все это время их заставляли отказаться от адвокатских услуг. Затем это и произошло, к сожалению.

Рамзан Кадыров (архив 20/02/2016)
Рамзан Кадыров (архив 20/02/2016) AP - Musa Sadulayev

Изначально, когда проводился допрос, местные силовики сказали нашему адвокату, что они проходят как свидетели, именно поэтому ему не предоставляли никаких материалов дела. После того, как допрос прекратился, задержанных отпустили, но к выходу из отделения подъехала другая полицейская машина, их снова задержали и повезли в ОВД по Серноводскому району Чечни. Они отказались от адвоката Немова после того, как оказались там. 6 февраля в 11 часов вечера. Туда уже нашего адвоката не допускали, а потом к нему вышел полицейский и сказал, что от ваших услуг отказались. Наш адвокат был там не один, а с отцом задержанных. Я знаю, что в Серноводское отделение экстренно приезжал замминистра внутренних дел Чечни и угрозами того, что он опозорит их по федеральным и региональным каналам, заставил отца задержанных отказаться от услуг адвоката.

Но разве отец мог отказаться от адвоката за своего совершеннолетнего сына?

В том-то и дело. То, что произошло, никакой юридической силы не имеет. Юридически это невозможно было сделать.

А за несовершеннолетнего он действительно оформил отказ от адвоката?

Нам эту бумажку не показывали. У нас сейчас нет никакой информации, что происходит с задержанными, потому что нашим адвокатам не дают доступа, чтобы просто увидеть, в каком состоянии они находятся. Я понимаю, что они сейчас запуганы, что все, что происходит — это огромное давление, вполне возможно, и физическое. Мы направили туда сразу же нашего другого адвоката Марка Алексеева, у которого тоже есть документы, подтверждающие, что он является адвокатом Исаева и Магамадова, он прибыл туда на следующий же день. Но в ОВД по Серноводскому району его не допустили и не сказали ему, где они находятся. Его отправили со словами «мы пытаемся их спасти, даже через Следственный комитет, а вы делаете только хуже». Наш адвокат сразу же поехал в СК, чтобы получить там хоть какую-то информацию. Но никакой информации там не предоставили, единственное, сотрудник СК сказал, что у них нет задержанных, они в ОВД по Серноводскому району. И никто опять же нам не предоставляет материалов дела и документов, которые подтвердили бы хотя бы причину задержания ребят.

А родственники их с вами общаются?

Общаются. У них есть контакт с нами, они настаивают на том, чтобы к их сыновьям были допущены адвокаты, чтобы они хоть какую-то информацию получили. Потому что ни у адвокатов, ни у родственников нет вообще никакого понимания, в каком состоянии находятся ребята, что с ними происходит, как они себя чувствуют.

Но вы же говорили, что отец сам отказался от услуг адвоката. Он же это подтверждает?

Подтверждает. Но он отказался от услуг первого адвоката, Александра Немова. Надо добавить, что под родственниками мы понимаем отца и мать задержанных. Я вернусь к ОВД по Гудермесу, куда изначально их привезли из Нижнего Новгорода. Мать задержанных после двух суток отсутствия информации поехала в ОВД Гудермеса вместе с нашим адвокатом и написала заявление о похищении несовершеннолетнего. После того, как она написала заявление, сразу же привезли ребят, и сразу же полицейские каким-то образом доставили отца задержанных. Который совершенно не был в курсе ситуации и как минимум за два дня до инцидента находился в больнице, где лечился от ковида. Но после того, как мать написала заявление, полицейские вдруг его привезли, чтобы он отказался от адвокатских услуг. Сейчас у отца позиция совершенно иная, он сам не понимал, что с ребятами происходит, его банально запугали. Затем он немного отошел, понял, что происходит, и сейчас настаивает, чтобы адвоката допустили. Но он тоже ощущает на себе давление и покинул территорию Чечни.

То есть с того момента, как ребят привезли в Чечню, родственникам не дают с ними поговорить и увидеться?

Отец видел их на допросе, который длился минут 15-20 (По словам адвоката, допрос был условным — спрашивали лишь о знакомстве с теми или иными людьми). Не давали возможности им разговаривать. Ни родственникам, ни адвокатам не дают вообще никакой информации о ребятах и не дают увидеть, что с ними происходит. Мы не знаем, в каком состоянии они находятся, и понимаем, что им угрожает смертельная опасность — это тоже, мне кажется, очевидно.

Чем в этой ситуации может помочь решение ЕСПЧ?

Мы очень рады, что ЕСПЧ оперативно вынес решение. Вчера вечером он обязал Российскую Федерацию немедленно допустить к задержанным адвоката, родственников и независимых медиков. Это тоже очень важно – чтобы понять, в каком состоянии сейчас находятся ребята. Нам хочется верить, что российские власти сейчас отреагируют хотя бы тем, что допустят адвоката, чтобы создать хоть какую-то легитимность всего процесса. Мы также знаем, что сейчас ребятам, вроде как, предъявили обвинение, что они якобы способствовали передаче продуктов незаконным вооруженным формированиям. Но все это мы узнаем из новостей, потому что никакой информации фактической нам не дают. Но мы точно знаем, что, если ребята давали признательные показания по этому делу, если оно вообще существует, если они действительно признались в том, что они делали или не делали, они точно это делали под давлением. Мне кажется, это очевидно и понятно.

Ваша организация продолжаете помогать ЛГБТ-людям, которых преследуют в Чечне? Или в целом ситуация нормализовалась по сравнению с массовыми задержаниями и похищениями в течение нескольких прошедших лет?

Российская ЛГБТ-сеть осуществляет с 2017 года помощь всему LGBTQ-сообществу, тем, кто обращается к нам, потому что им грозит опасность на территории Чечни. Мы продолжаем заниматься спасательными операциями — вывозом их с территории Чечни и России. С 17 года мы перевезли более 200 ребят.

Число обращений с 2017 года как-то меняется?

Оно увеличилось в большом количестве после фильма «Добро пожаловать в Чечню».

***

Между тем, государственное "Информационное агентство "Грозный-Информ" ссылаясь на помощника главы Чечни, министра информации и печати ЧР Ахмеда Дудаева, сообщило 7 февраля, что Исаев и Магомадов в присутствии их отца дали признательные показания о том, что занимались пособничеством члену НВФ Борчишвили Рустаму, который входил в террористическую группу Аслана Бютукаева, уничтоженного 20 января этого года на окраине села Катыр-Юрт. После проведения следственных действий Исаев и Магомадов будут содержаться в ИВС ОМВД России по Урус-Мартановскому району.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями