«Попытка произвести рестарт легитимности власти», — политолог о досрочных выборах в Армении

Никол Пашинян встречается со своими сторонниками на улицах Еревана. 25 февраля 2021 г.
Никол Пашинян встречается со своими сторонниками на улицах Еревана. 25 февраля 2021 г. AP - Tigran Mehrabyan

18 марта премьер-министр Армении Никол Пашинян договорился с оппозицией о дате проведения внеочередных парламентских выборов. Они состоятся 20 июня. Станет ли досрочное переизбрание парламента концом политического кризиса в Армении? Удастся ли Пашиняну сохранить кресло премьер-министра? Отразится ли смена власти на соглашении по Карабаху? Обо всем об этом Русская служба RFI поговорила с директором Института Кавказа Александром Искандаряном.

Реклама

RFI: Станут ли выборы, о которых объявил премьер-министр, концом нынешнего политического кризиса?

Александр Искандарян: Вряд ли они станут концом, потому что противоречия, которые есть в стране, достаточно серьезные. И эти поствоенные противоречия существуют внутри элит, внутри партии власти. Это стало видно во время скандала между армейцами и политической властью. Они [противоречия] существуют и внутри оппозиции. В частности, прямо сейчас некоторые силы поддерживают идею выборов, а некоторые — нет. И устранить все эти противоречия вряд ли удастся. Я думаю, политический кризис будет продолжаться и после выборов, если они состоятся. Но, конечно же, власть надеется путем этих выборов сгладить те противоречия, которые есть. Если власти удастся произвести «рестарт» собственной легитимности и подтвердить собственное место в политике, тогда кризис, как минимум, примет другую форму. Потому что пока кризис достаточно острый.

По закону выборы должны состояться после отставки премьер-министра, а Пашинян об этом не объявил? Что это значит?

Это так, действительно. Отставка премьер-министра возможна путем голосования в парламенте, который должен два раза проголосовать, не принимая его кандидатуру, после этого премьер может уйти в отставку. И после этого объявляются выборы досрочные. Именно поэтому — 20 июня. Потому что по конституции требуются определенные сроки для каждого из этих действий. Раньше просто не получится. Ему придется уйти в отставку. Его место до выборов займет председатель парламента. А после выборов задумка такая: если большинство снова сможет взять «Мой шаг», политический блок, который возглавляет Пашинян, то дальше с гигантской вероятностью премьером снова станет Пашинян.

Раньше Пашинян заявлял о необходимости провести конституционную реформу, усилить президентскую власть. Теперь, получается, эти планы откладываются в долгий ящик?

Да, эту конституционную реформу за два месяца провести невозможно. Это другой проект совсем. И я не знаю, будет ли это вообще. Сейчас вся политическая борьба будет уходить в предвыборную кампанию.

Можно ли назвать решение Пашиняна провести досрочные выборы уступкой оппозиции или это такой способ переиграть ее?

Это попытка преодолеть кризис, попытка, действительно, переиграть оппозицию. Другое дело — получится или нет? Даже если предположить, что господину Пашиняну удастся одержать победу на этих выборах. А это возможно, как мне кажется, набрать если не абсолютное, то относительное большинство. А армянская конституция и электоральный закон так построены, что если набрать относительное большинство, то можно получить абсолютное большинство мест в парламенте.

То есть это попытка выйти из кризиса таким образом. Потому что понятно, что война проиграна, рейтинг резко упал, есть проблема отторжения политической элиты практически всеми элитами страны: от церкви до генералитета, от университета до деятелей культуры. И эти выборы видятся как выход из ситуации. Вы правильное употребили выражение: «переиграть». Переиграть оппозицию, которая проиграет или не будет участвовать в выборах. Хотя, конечно, будут обвинения в фальсификациях, будут обвинения в использовании административного ресурса, будет непризнание результатов. Но если удастся сделать такой рестарт легитимности, то все это будет иметь уже меньшее значение. Тем более что уже достаточно времени пройдет после войны, страсти будут утихать. Но что получится, посмотрим.

Вы говорите про отторжение власти элитами. Но это отторжение в элитах достаточно для победы оппозиции?

Привести к смене власти это пока не может, просто потому что количество людей пока небольшое. Чтобы ее сменить сейчас нужны либо выборы, либо революция. И для того, и для другого нужно массовое участие, элит для этого совершенно недостаточно. На улице на митингах оппозиции стоят тысячи людей, а чтобы менять власть революционным путем должны стоять сотни тысяч людей. Но этого не происходит. Получится ли на выборах? Посмотрим. В принципе, при хорошей работе в предвыборный период и при многих условиях, явке и так далее, этого нельзя исключать. Но, судя по тому что сейчас происходит, [это будет] чрезвычайно сложно.

Вы говорите об элитах, а в целом, в обществе есть раскол в отношении Пашиняна?

Да, я сказал об отторжении власти элитами. Ситуация в обществе не такова, как в элитах. Настроение общества — это апатия, усталость, нежелание идти на какие-то резкие шаги. То есть тут разные картины. Есть какая часть людей, которая резко не принимает правительство, вне зависимости ни от чего выступает против. Есть какая-то часть людей, которая, наоборот, поддерживает это правительство, тоже вне зависимости ни от чего, в том числе и от проигранной войны. И, судя по митингам, по многим индикаторам («социология» тоже уже есть), и та и другая части, они не очень большие. Они далеко не заполняют все общество.

Смена власти может как-то отразиться на соглашении по Карабаху?

Не думаю. А как оно отразится? Азербайджанцы уйдут и оккупированные части Карабаха обратно перейдут в состав Нагорно-Карабахской республики? Русские миротворцы улетят обратно? Я не знаю, что может такого произойти. Оно [соглашение] уже действует. Оно действует не на бумагах, оно действует на земле. На тех участках Нагорно-Карабахской республики, которые отошли Азербайджану, уже находятся азербайджанские войска. По периметру там уже находятся русские миротворцы. Территория Нагорного Карабаха стала меньше, чем она была до войны, коммуникация осуществляется по одной дороге, а не по двум. И так далее. Вот это все повернуть назад, просто потому что в кресле премьера будет не тот, а другой человек, в принципе невозможно. Так что я не думаю, что-то сейчас изменится.

Но политический кризис в Армении осенью прошлого года был спровоцирован именно этим соглашением по Карабаху. Именно за это соглашение Пашинян подвергся такой критике. Тогда какую альтернативу, позитивную повестку предлагает сейчас оппозиция?

Хороший вопрос. Да, действительно, Пашинян подвергался критике в основном за проигранную войну, но не только. А позитивной повестки, по большому счету, нет. Потому что те силы, которые объединены в оппозиции, они объединены по негативному принципу: они против Пашиняна и против его правительства. Они все считают это правительство вредным и говорят, что его надо устранить. Единой позитивной программы у столь разных политических сил — от бывших президентов, Сержа Саргсяна и Роберта Кочаряна, до партии «Дашнакцутюн» и каких-то миноритарных партий, просто каких-то представителей общества — не существует. И в этом основная слабость оппозиции.

В момент боевых действий осенью прошлого года очень многие говорили, что одним из факторов, предопределивших поражение Армении, стали плохие отношения Пашиняна с Путиным. Приход к власти оппозиции как-то изменит отношения Еревана с Москвой?

Я бы не стал настолько примитивно персонифицировать внешнюю политику. Фигуры, личности, они, конечно же, каким-то образом влияют на стиль взаимоотношений стран. И, действительно, люди подобные Николу Пашиняну вряд ли могут сильно нравиться российскому руководству. В смысле люди, пришедшие к власти таким образом, которым пришел Пашинян, это вряд ли может вызывать большую приязнь в Кремле. Но, с другой стороны, в Кремле всегда могли разделять личность руководителя и политику по отношению к той или иной стране. Этот видится на всем постсоветском пространстве: и отношения России и Беларуси, и отношения России и Кыргызстана определяются не личностями, а определенными заинтересованностями или незаинтересованностями России в той или иной стране.

Конечно, были какие-то моменты, когда новые тогда, в 2018 году, власти, не очень-то опытные, совершали ошибки во взаимоотношениях с Российской Федерацией. Было несколько примеров. Но ничего катастрофического не произошло. Ни из ЕвраЗЭС, ни из ОДКБ Армения не вышла. Все нужные слова говорятся, все визиты делаются. Политика делается, исходя из других обстоятельств, лежащих в традициях двусторонних отношений России и Армении, которые прошли чрезвычайно разных руководителей. И Тер-Петросян, и Кочарян, и Саргсян, и Пашинян — чрезвычайно разные по бэкграунду, по возрасту, по происхождению, по профессиональному опыту люди, а политика более или менее всегда оставалась одинаковой, просто в силу того, что она определяется отнюдь не фамилией руководителя.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями