Вино и истина: артистический альманах «В винном отражении» снял режиссер-сомелье

Фрагмент афиши фильма «В винном отражении»
Фрагмент афиши фильма «В винном отражении» © DR

Странно, но даже в ситуации ковида, когда не выходят голливудские суперхиты, в российском прокате мало востребованы артистические отечественные фильмы. А среди них попадаются жемчужины — такие как альманах «В винном отражении». Почему этот фильм достоин просмотра, объясняет обозреватель RFI Юрий Гладильщиков.

Реклама

Послушайте: я приятно удивлен. Фильмы, к которым у меня вообще нет претензий (в данном случае, лишь к первым кадрам, но объяснение претензий отвлечет от содержания), появляются хорошо если четыре-пять раз в году.

«В винном отражении», в оригинале Wine Reflections, это киноальманах из четырех новелл. Производство — России. При этом действие новелл происходит за границей. В Марселе, Лондоне, сельских Грузии и Италии. Актеры — иностранцы. И язык везде не наш: французский, потом грузинский, английский и итальянский. Русские в альманахе — только субтитры.

Кстати, неплохой опыт для новорусского кинематографа. Французы, кинолидеры Европы, гордятся тем, что их продюсеры вкладываются в картины и режиссеров из Малайзии, Японии, России, Италии, Великобритании, даже США. И все эти работы считают своими.

Альманах «В отражении вина» создал режиссер-дебютант Виталий Музыченко. Я ничего не знал об этом человеке. Так что после просмотра начал выяснять, кто же он такой. Оказалось, что Музыченко — один из самых авторитетных московских специалистов по вину. В частности, долго заведовал винным хозяйством «Метрополя». Сомелье с наградами и международной репутацией. Параллельно он получил режиссерское образование.

Все четыре главки фильма (а он-то недлинный, всего час пятнадцать с финальными титрами) отличаются по стилю и сюжету, что само по себе неплохо. При этом между ними есть пересечения, диагонали, перекрестки, что тоже плюс.

Итак, новелла № 1: Дуэль.

Марсель. В ресторан вызвали полицейского, поскольку клиент-китаец отказался платить 2000 евро за заказанное вино — Шамбертен Руссо 1976 года. Азиатский гость экспортирует бургундские вина в Сингапур, хорошо говорит по-французски и считает, что вино превратилось в уксус.

Владелец французского ресторана — сноб, вероятно, слегка коррумпирован, пытается испугать полицейского тем, что мэр — его одноклассник и презирает азиатов. «Я не китаец, я малаец», — произносит подозреваемый гость. «Да без разницы», — отвечает ресторатор.

Это напоминает ситуации с Эркюлем Пуаро, которого надменные англичане упорно считали французом, несмотря на его гордое: я — бельгиец.

У малайца диплом, что он мастер вина — самый престижный в винном мире.

В итоге полицейский организует дуэль. За три минуты ресторатору и азиатскому гостю нужно угадать и описать случайно купленное в ближайшей лавке вино (тоже достаточно дорогое, но не слишком) по пяти позициям. В каком районе Франции произведено, в каком году, из какого сорта винограда и т. д. Проигравший и оплатит счет на 2000 евро. Ресторатор, мсье Фуке, уходит было вперед благодаря тому, что вино в лавке купил его шеф-повар, которому он успел дать кое-какие указания.

Но малаец сравнивает счет — 4: 4. Это как пенальти.

Сцена из фильма «В винном отражении» — Дуэль
Сцена из фильма «В винном отражении» — Дуэль © winereflections.ru

Последний вопрос о содержании алкоголя. Нам не сразу говорят, кто ответил на него правильно и победил в споре. Зато мы видим полицейского по окончании дуэли, когда тот заходит в упомянутую винную лавку. И от него продавщица узнает, что мсье Фуке выиграл, но умер, не выдержав напряжения. Французы, может, и снобы, но проиграть иностранцу в вопросе о вине — это вопрос жизни и смерти. А полицейский просто печально рассматривает этикетки бутылок. Он, наверное, сам мечтал бы стать в Марселе не копом, а сомелье.

Замечательная находка: донести до публики простую вроде бы истину о том, что вино для француза — больше чем гастрономическое удовольствие, в формате детективного рассказа. Вино как составляющая национального характера, часть национальной души. Что для француза вино, то для русского — грибы. Набоков писал: иностранцу невозможно объяснить, почему русские любят ходить по грибы. Трудно втолковать, что это связано не только с особыми кулинарными пристрастиями.

Новелла № 2: Корни

Она — о грузинском отношении к вину и разрушении традиций. Тема эмиграции — одна из самых актуальных в кинематографе. Если говорить о грузинском кино, то один только Отар Иоселиани много чего на эту тему высказал. Особенно после переезда во Францию. Кстати, и по поводу вина тоже. Но я впервые увидел киноновеллу, которая просто и внятно показывает («В винном отражении» — авторское, но при этом очень внятное кино), как эмиграция приводит к уничтожению национальной винной культуры.

В этой новелле слишком традиционно показана пасторальная Грузия, но так и было надо.

Кадр из фильма «В винном отражении» — новелла «Корни»
Кадр из фильма «В винном отражении» — новелла «Корни» © winereflections.ru

Герой легендарного советского и грузинского актера Зураба Кипшидзе, сельский винодел, говорит приехавшему из Лос-Анджелеса сыну-карьеристу, что плакал в жизни всего дважды: когда град за три минуты изрешетил его виноградник и сегодня. Потому что узнал: сын приехал увезти с собой в Америку и его внука. Сына старый винодел давно считает чужим, но вот с внуком они близки, и он, вероятно, втайне мечтал передать ему дело жизни.

Вино для старика не алкоголь. Тот, кто пьет хорошее вино, не пьяница. Вино — именно что культура, опора, которую убивает цивилизация. По крайней мере, в тех винных странах, которые не относятся к основным. Как, при всем уважении, и Грузия — в отличие от Франции, Италии, Испании, Греции и т. д.

В конце новеллы начинается дождь. И кажется, будет град. Вторая подряд новелла о смерти — но теперь не отдельного человека, погруженного в стихию винодельческой страны, а целого жизненного уклада.

Новелла № 3: Шалость.

Перелетаем в Лондон.

Двое красивых молодых — Она и Он — активно вживаются в только что полученные кинороли персон королевской крови. О, какой в этой новелле эталонный английский! Почти как у Набокова. Персонажи, явно не обремененные пока большими деньгами, дурачатся перед шоферами, официантами, случайными прохожими — при этом на Нем, якобы аристократе голубейших кровей, майка с изображением Вуди Аллена.

В дорогом ресторане они заказывают чуть ли не полкило черной икры под игристое сухое Луи Родерер Cristal 1982 года (стоимость в московских винных бутиках — не в ресторанах даже, в магазинах! — примерно 145 000 рублей за бутылку 0,75 — то бишь около 1600 евро).

По контрасту с первыми двумя — это очень легкая и оптимистическая новелла о вере молодых в будущее, об артистическом отношении к жизни, способности потратить невеликие накопления на игру (и икру). В новеллах фильма перемешиваются в одном графине вино для богатых ценителей, вино для понтов и вино как национальная культура.

Новелла № 4: Месса

В первой новелле из-за вина спорят, во-второй — его хоронят, в третьей — в него играют. В четвертой… Тут вопрос. Анонсы утверждают: в четвертой новелле не ведают, что с ним сделать. Но это не так. Четвертая новелла о том, что вино — божественно, сакрально.

И давайте, тайну четвертой новеллы я унесу с собой — за кулисы. Я и так чересчур многое выболтал. Но как иначе привлечь внимание к фильму, который вы могли и не заметить?

Возможно, «В винном отражении» — единственный фильм, который жаждал сделать режиссер-сомелье Виталий Музыченко. Возможно, только ради него он и учился кинорежиссуре — хотя смотреть кино явно не прекратит. Он — очевидный киноман.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями