За кулисами «Третьей сцены»: Парижская опера и ее уникальный онлайн-проект

Филипп Мартен, художественный руководитель проекта Парижской оперы «Третья сцена» и основатель кинопродюсерской компании Les Films Pelléas
Филипп Мартен, художественный руководитель проекта Парижской оперы «Третья сцена» и основатель кинопродюсерской компании Les Films Pelléas ©Laurent Champoussin

«Третья сцена» — особый сайт Парижской оперы, где размещают фильмы режиссеров, которые связаны с оперой или балетом. Единственная в своем роде, эта онлайн-площадка объединяет кинематографистов, хореографов, художников, актеров, таких как Бертран Бонелло, Рамзи Бен Слиман, Уильям Форсайт, Клеман Кожитор или Матье Амальрик. «Третья сцена — это своего рода "бесплатный Netflix" короткометражного фильма», — говорит Филипп Мартен, кинопродюсер и художественный руководитель этой исключительной и общедоступной площадки Парижской оперы. Он ответил на вопросы журналиста французской службы RFI Зигфрида Форстера.

Реклама

►Оригинал статьи на www.rfi.fr

RFI: Опера Гарнье и Опера Бастилии — две сцены, известные во всем мире. В чем уникальность «Третьей сцены» Парижской оперы?

Филипп Мартен: Парижская опера — единственная знаменитая культурная площадка, решившая создать цифровую платформу, для которой специально создаются произведения, отличные от видеозаписей постановок, которые мы обычно видим. Это произведения, созданные специально для этой цифровой платформы, и к ним можно получить бесплатный доступ во всем мире. Это культурная платформа со своей собственной редакционной линией. И делает такое только Парижская опера.

Сейчас в интернете рождается немало проектов. Появились такие платформы, как TheAngelesDanceProject Бенжамена Мильпье или barshevacreates.com тель-авивской BatshevaDanceCompany. «Третью сцену», созданную в 2015 году директором Парижской оперы Стефаном Лисснером, можно ли назвать предвестником подобных проектов?

Можно сказать, что она остается предвестником, потому что она бесплатная. Принцип «Третьей сцены» — это как бы «бесплатный Netflix» короткометражного фильма. Там можно увидеть около шестидесяти короткометражек. И их может посмотреть любой желающий, что не относится к большинству других платформ, которые по-прежнему остаются платными.

Оказавшись в карантине, многие люди искусства и учреждения культуры проявили интерес к виртуальному миру и возможностям интернета. Лувр объявил, что с марта число посещений его сайта выросло в десять раз. А что изменилось для «Третьей сцены»?

Посещаемость значительно увеличилась (по сравнению с 5,4 миллионами просмотров в период с 2015 по 2019 год). Во время карантина просмотров стало больше примерно на 700-800 тысяч. Число просмотров отдельных фильмов также выросло в пять-десять раз по сравнению с тем же периодом 2019 года. Совершенно очевидно, что во время карантина проект Лисснера показал, что в нем есть необходимость.

Наблюдали ли вы изменения в поведении своей аудитории?

Нашапублика гораздо моложе, чем в среднем публика классической оперы. В этом и был первоначальный замысел — обратиться к публике, которая бы отличалась от той, что обычно ходит в оперный театр. На YouTube, и это совершенно исключительно, мы поняли, что наши фильмы в половине случаев просматривают полностью, до конца. Это настоящий успех. Люди случайно находят фильм режиссера, которого они знают или не знают, на тему, которая может показаться им странной. И каждый второй человек смотрит фильм целиком. Это, действительно, важный сюрприз. Наша платформа пользуется успехом как во Франции, так и за рубежом, особенно в США и Бразилии.

Долгое время многие артисты и режиссеры относились настороженно к цифровым проектам. Изменили ли они свое мнение?

Я не вижу тут непреодолимой границы. «Третья сцена» дает творцу возможность сделать то, чего он больше нигде бы не сделал. Большинство этих артистов никогда не сняли бы короткометражный кинофильм, как они сделали это для «Третьей сцены». Они не создали бы ни одной работы в жанре современного искусства, как они сделали для «Третьей сцены». Сам принцип нашей платформы требует особого способа выражения. Так что никакой настороженности нет, а наоборот, есть большой интерес и любопытство.

Видеопроект Клемана Кожитора «Галантные Индии», который он затем превратил в сценическую постановку, считается поворотным моментом для «Третьей сцены». Коронавирусный кризис это новый поворот в восприятии и деятельности платформы?

В том, что кризис коронавируса внес большой вклад в расширение известности «Третьей сцены», сомнений нет. Благодаря карантину многие открыли для себя «Третью сцену». В течение двух месяцев учреждения культуры пытались работать в цифровом мире, показывая онлайн спектакли и выступления. А мы осознали, что Парижская опера уже несколько лет работает в этой сфере. И сегодня это уже вполне состоявшийся проект. Каталог произведений «Третьей сцены» — впечатляющий.

Две сцены Опера Гарнье и Опера Бастилии возможно, будут закрыты до конца года. Таким образом, «Третья сцена» останется единственной открытой сценой. Означает ли это увеличение бюджета и расширение онлайн-репертуара?

Я думаю, что вопрос об увеличении бюджета (в настоящее время 600 000 евро в год из 225-миллионного бюджета Парижской оперы — RFI) вообще не стоит на повестке дня. Трудно ответить на этот вопрос, потому что у Парижской оперы и так тяжелое финансовое положение, и я не думаю, что бюджет «Третьей сцены» будет расти. Мне, наоборот, придется очень много бороться за то, чтобы этот проект продержался.

Смешивая разные аудитории зрителей, «Третья сцена» соединяет разные виды искусства и свободна в выборе места для постановки. Фильмы доступны повсюду, и сама сцена может быть разыграна где угодно. Выставка «Опера мира» в Центре Помпиду города Мец показала, как афроамериканская художница Кара Уокер перенесла историю оперы Беллини «Норма» в колонизированную африканскую страну. Немец Кристоф Шлингензиф создал оперный городок в Буркина-Фасо. Сегодня на «Третьей сцене» хореограф Рамзи Бен Слиман отправляет своего танцора Лоренцо да Сильву на улицы парижского квартала Барбес. А у Бинту Дембеле, первой чернокожей женщины-хореографа в Парижской опере, танцовщики в «Галантных Индиях» Рамо танцуют в стиле Krump.  В пластических искусствах 40 лет назад выставка «Маги Земли» разрушила границы западного искусства. Может ли «Третья сцена» сыграть подобную роль для оперы?

Это очень интересное замечание, потому что среди фильмов, которые сняты, но еще не размещены на «Третьей сцене», есть фильм алжирского режиссера Карима Мусауи «Дивы Тагерабта». Он задается вопросом: какой могла бы быть опера в Алжире в связи с алжирской музыкальной традицией? Иранский режиссер Джафар Панахи упоминает в фильме Hidden (скрытый) вопрос о невозможности для некоторых певиц петь в сегодняшнем Иране из-за религиозных запретов. Все эти вопросы в центре внимания и развития «Третьей сцены». Как заставить такую форму выражения, как опера, звучать в странах, очень далеких от нашей оперной культуры.

27 мая вы разместили новое произведение «Виолетта», первый короткометражный фильм Жюли Делике. В чем его новаторство?

Мне очень понравились ее постановки в «Комеди Франсез». Жюли Делике сравнивает историю умирающей Виолетты из оперы «Травиата» Верди с сегодняшней историей женщины, которая проходит химиотерапию в больнице Гюстав-Русси в Вильжюифе. Фильм — это размышление над проблемой интерпретации, трактовки, исполнения. Как исполняют роль больной женщины в XIX веке и как ее играют сегодня. Это очень сильный эстетически, очень яркий и очень эмоциональный фильм.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями