Гасан Гусейнов о словах и вещах

Франц Кафка, Максим Горький и мы

Аудио 07:26
Литературный эксперимент, независимо от масштаба дарования и размеров произведения, взывает, как мы видим, не столько к силе читательского воображения, сколько к душевной готовности сделать личный выбор. Стать доносчиком, как маленький Клим Самгин, или отказаться от этой участи, как Борис Варавка? Пожалеть человека в страшном насекомом или отречься от жука, не распознав в его писке и скрипе человеческий голос?
Литературный эксперимент, независимо от масштаба дарования и размеров произведения, взывает, как мы видим, не столько к силе читательского воображения, сколько к душевной готовности сделать личный выбор. Стать доносчиком, как маленький Клим Самгин, или отказаться от этой участи, как Борис Варавка? Пожалеть человека в страшном насекомом или отречься от жука, не распознав в его писке и скрипе человеческий голос? AP - Paul White

«Литературный эксперимент взывает не столько к силе читательского воображения, сколько к душевной готовности сделать личный выбор». Филолог Гасан Гусейнов об опыте прочтения «Жизни Клима Самгина» Максима Горького и рассказа Франца Кафки «Превращение».