Хакеры атаковали страницу «Ведомостей» со статьей обвиненного в госизмене Ивана Сафронова

Иван Сафронов уже год находится в СИЗО Лефортово Скриншот видеозаписи, предоставленной Мосгорсудом 30 июня 2021 г. .
Иван Сафронов уже год находится в СИЗО Лефортово Скриншот видеозаписи, предоставленной Мосгорсудом 30 июня 2021 г. . AP

Страница сайта газеты «Ведомости», опубликовавшей статью обвиненного в госизмене бывшего журналиста «Коммерсанта» Ивана Сафронова, подверглась так называемой DDoS-атаке. Об этом сообщили представители издания. По их словам, хакеры атаковали и вывели из строя весь сайт, однако спустя несколько часов работа сайта в целом была восстановлена, но страница со статьей Сафронова по-прежнему выдавала ошибку 404.

Реклама

Тем не менее, текст, написанный уже год содержащимся в СИЗО Лефортово Сафроновым, успели скопировать и опубликовать ряд СМИ и телеграм-каналов. В своей статье бывший корреспондент «Коммерсанта» и советник главы Роскосмоса анализирует кто и почему в последние годы становятся фигурантами уголовных дел о шпионаже. По словам Сафронова, чаще всего жертвами российских спецслужб становятся «те, кто не может за себя постоять, кто подвержен влиянию, кого можно „отработать“ в тишине».

«Конвейер работает непрерывно, и не суть важно, кто ты — чиновник, домохозяйка, продавщица, журналист, ученый… Если попытаться вывести портрет среднего обвиняемого, то „предатель Родины“ будет выглядеть следующим образом: мужчина или женщина (не важно), возраст — 50+ (можно больше), с высшим образованием и имеющий допуск к сведениям, составляющим государственную тайну (не обязательно, но желательно), контактирующий с иностранцами (либо по работе, либо в частном порядке)», — пишет Сафронов.

Кроме того, автор рассуждает о том, почему многие обвиненные в этих преступлениях идут на сделку со следствием и признают свою вину, и о своем отношении к подобной перспективе.

«Если тебе 30 лет, в конце концов, все можно пережить и перетерпеть. Но если обвиняемому уже за 60 и впереди маячит солидный срок на зоне, то человек ломается. Его нельзя судить за это — каждый сам волен делать свой выбор. Но я неоднократно слышал, что в местах лишения свободы информацией о “досудебщиках” интересуется не только администрация исправительной колонии, но и осужденные. Я свой выбор, к слову, сделал — никаких сделок», — заявляет автор.

В своей статье Сафронов также делится предположением о том, почему спецслужбы предпочитают сосредоточить свои усилия на уголовных делах в отношении вышеупомянутых категорий граждан. По его мнению, настоящих агентов иностранных спецслужб в России не так много, а большое количество приговоров по статьям о госизмене он связывает с так называемой «палочной системой», когда сотрудники правоохранительных органов и спецслужб в погоне за улучшением статистики, а значит новыми званиями и другими поощрениями, фабрикуют уголовные дела.

«У меня нет сомнений, что в нашей стране работают самые настоящие разведчики — как под дипломатическим прикрытием, так и нелегалы. Но первые объективно неинтересны: дипломата нельзя арестовать и судить, можно только выдворить, а это мелко. Чтобы поймать агента-нелегала — профессионала, прошедшего спецподготовку и т. д., нужно очень сильно постараться, его поимка — это редкость, помноженная на большую удачу. Полагаться на это нельзя, увы. Вот исходя из этого и растут в России шпионские дела: проще брать своих, чтобы другие боялись. Но только боятся не чужие, а свои», — резюмирует Сафронов.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями