Беларусь: почему политикам и населению не нужны экономические реформы

Александр Лукашенко на инагурации: «Задайте себе вопрос: „Нам нужны такие реформы?“», 6 ноября 2015.
Александр Лукашенко на инагурации: «Задайте себе вопрос: „Нам нужны такие реформы?“», 6 ноября 2015. REUTERS/Nikolai Petrov/BelTa/Pool

Необратимость реформ белорусскими топ-чиновниками трактуется с оговорками: «без ломки», «эволюционно» и, скорее всего, не в 2016 году. А после речи Александра Лукашенко на инаугурации 6 ноября реформы могут быть и вовсе отодвинуты на неопределенный срок — до совсем уж критического момента.

Реклама

Беларусь: почему политикам и населению не нужны экономические реформы

3—4 ноября в Минске проходил Октябрьский экономический форум (Кастрычніцкі эканамічны форум — KEF), который его организаторы — Исследовательский центр ИПМ в сотрудничестве с Белорусским экономическим исследовательско-образовательным центром (BEROC) и Центром социально-экономических исследований CASE Belarus — позиционируют как «новую площадку для открытого обществу профессионального диалога об устойчивом развитии Беларуси в контексте развития глобальной экономики». Форум собрал ведущих экономистов, экспертов, аналитиков, которые в первую очередь хотели услышать от участников со стороны государства ответ о действиях по реформированию экономики Беларуси, пребывающей по всем показателям — внешнего долга, падения ВВП, роста безработицы — не в лучшей форме.

Замглавы Администрации президента Николай Снопков сообщил, что перед Беларусью стоят две главные задачи в экономике: «Разделить функции государства как регулятора и собственника и перейти к индикативной системе планирования». Снопков заверил участников форума, что реформы будут, но, судя по его словам, нескорые и нерадикальные.

Николай Снопков:  Есть однозначное решение об изменениях, об эволюционных последовательных изменениях на основе преемственности и без, скажем так, ломки. Это очевидный факт.

В качестве аргумента в пользу «эволюции» замглавы Администрации президента сослался на исследования Гарварда, которые, по словам чиновника, показали, что быстрая приватизация госсобственности ведет к «торможению экономического роста в ближайшие 6–8 лет, а также к повышению смертности среди мужчин продуктивного возраста 37–42 лет».

Сторонник рыночной экономики в окружении Лукашенко, помощник президента по экономическим вопросам Кирилл Рудый назвал пять причин, почему реформ в следующем году не будет. Главная из них — народ не хочет.

Кирилл Рудый:  Всем понятно, что необратимость реформ очевидна. Понятно, что реформы надо проводить. Но речь идет о широких массах людей, для которых постоянно меняющиеся прогнозы экономистов — то пессимизм, то оптимизм — сложно пощупать и ощутить на себе. Для широких масс восприятие реформ ассоциируется, возможно, как мне кажется, с реформами в Советском Союзе, но сложно сравнить дефицит товаров, который был в Советском Союзе, были продовольственные карточки, все это сложно сравнить с тем, что происходит сейчас в Республике Беларусь, когда ничего этого визуально нет. Сложно сравнить с Сингапуром 1960-го года, сложно сравнить с Китаем 70-х годов, когда были массовая миграция и голод — и это, безусловно, подталкивало власти для действительно серьезных структурных реформ. Ничего этого в Беларуси нет. Поэтому такого очевидного общественного запроса на проведение реформ, кроме как и в широком, и в то же время узком кругу специалистов, я, по крайней мере, не вижу, не ощущаю. Соответственно, если в пережитом видении и понимании экономического кризиса в Беларуси нет, тогда вопрос: зачем реформы?

Реформы не очевидны и для людей, принимающих решения, поскольку часто реальная информация от ответственных, компетентных людей в полной мере не докладывается либо докладывается с определенными искажениями. Среди некоторых чиновников — это элемент ответственности, элемент страха, элемент апатии, поэтому между компетентными людьми и людьми, принимающими решения, может возникать определенный разрыв в понимании ситуации.

Среди остальных причин: достаточное наличие в стране денег; отсутствие внешних стимулов; отсутствие соответствующих кадров; небольшая доля среднего класса и его неустойчивость в стране.

Как отметил в комментарии RFI старший аналитик компании «Альпари» Вадим Иосуб, отсутствие запроса на реформы со стороны широких масс — это факт.

Вадим Иосуб:  Много лет пропаганда работала на то, чтобы слово «реформы» превратить в ругательное слово. В последние годы проводится такая параллель, что слово «реформы» — это синоним слова «Майдан», это синоним — «А вы хотите так же, как в Украине?». После этого удивляться тому, что у широких масс нет запроса на реформы тоже приходится, массы воспитаны телевизором, очень внимательно прислушиваются к том, что оттуда звучит — и результаты соответствующие.

Научный сотрудник Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра Дмитрий Крук интерпретирует для RFI послание помощника президента Кирилла Рудого.

Дмитрий Крук: Та ситуация, которую мы имеем последние несколько лет, когда какие-то мягкие изменения проходят, но они не создают критической массы, фактически, эта ситуация всех устраивает, и, по большому счету, как мне представляется, это было в весьма откровенном выступлении господина Рудого. Он дал понять: не ждите каких-то быстрых реформ, то, что мы наблюдали до этого, будет и происходить. И когда вот эта системная масса накопится — на это могут уйти десятилетия. То есть каких-то быстрых изменений я не вижу, выступление я интерпретирую как сигнал: «Мы продолжаем жить в прежней экономической модели».

Что касается ожидаемых Минском кредитов Международного валютного фонда и Евразийского фонда стабилизации и развития на общую сумму примерно в 7 миллиардов долларов, то, как полагает Крук, пока Беларусь, хоть и с трудом, но сможет обойтись без них.

Дмитрий Крук:  Но если в предыдущие годы у нас была проблема — мы хотели предотвратить финансовый кризис, то сейчас актуальность финансового кризиса не столь высока. Единственное, что в ближайшей перспективе может быть относительно актуальным — это проблема выплаты долга по 2016–2017 годам (в 2016 году Беларусь должна направить 3,3 миллиарда долларов на выплату и обслуживание внешнего долга — прим. RFI), но, я думаю, найдут возможность его рефинансировать. Даже на самый крайний случай за счет текущих платежей, за счет текущего счета смогут обслуживать долг. Для всего остального деньги не так критичны, как они, например, были критичны в 2010 году, чтобы поддержать обменный курс. Поэтому фактически расплатой за отказ от реформ будет не какой-то мгновенный кризис, будет просто замедление и дальнейшее падение ВВП, потом какой-то низкий рост, по большому счету, стагнация. Какого-то единого момента, как было в 2011 году, когда курс рванул за два дня (по данным Всемирного банка, девальвация белорусского рубля в 2011 году стала самой крупной в мире за последние 20 лет — 54,4% к корзине валют — прим. RFI), я сейчас предпосылок к этому не вижу, если не обострится долговой кризис, если не возникнет проблема дефолта по госдолгу. В остальных случаях я бы это назвал медленным погружением в бедность.

Через два дня после обсуждений на форуме путей реформирования белорусской экономики свой вердикт во время инаугурации вынес Александр Лукашенко:  «Уж слишком много сегодня говорят и пишут о структурных реформах, и никто не сказал, что это за реформы. Что это за структурные реформы? Но если кто-то за реформы, то будьте честны и скажите, что надо сломать политический строй, государственный строй. Надо разделить, разрезать государственную собственность! И раздать! На эти нас толкают реформы. И за эти реформы кое-кто сегодня в мире готов много заплатить. Задайте себе вопрос: „Нам нужны такие реформы?“».

Но одна реформа в белорусской экономике точно будет: подписан указ о деноминации рубля. С 1 июля 2016 года у белорусского рубля уберут четыре ноля, то есть нынешние 10.000 (около 50 евроцентов) превратятся в один рубль, впервые в истории независимой Беларуси появятся разменные монеты — копейки. Новые деньги, отметим, были отпечатаны в Европе еще в 2009 году, но экономическая ситуация в Беларуси не позволила тогда ввести их в оборот. Как считают эксперты, такое решение свидетельствует о том, что Национальный банк будет проводить последовательную и жесткую политику по снижении инфляции национальной валюты.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями