Дело Стросс-Кана

Роковая «моральная ошибка»

REUTERS/TF1

Воскресное появление Доминика Стросс-Кана в эфире первого французского телеканала TF1 вызвало неоднозначные реакции во французском обществе.

Реклама

4 месяца спустя после своего ареста в Нью-Йорке, бывший глава МВФ появился в воскресном итоговом выпуске и ответил на вопросы журналистки Клер Шазаль, собрав рекордную аудиторию - почти 13,5 миллионов телезрителей.

Доминик Стросс-Кан заявил, что ни о каком насилии с его стороны в отношении нью-йоркской горничной Нафисату Диалло и речи быть не может, и признал, что совершил «моральную ошибку».

В том, что произошло, не было ни принуждения, ни насилия, ни агрессии, ни каких-либо других преступных действий. Это сказал прокурор, не я. То, что произошло – это не просто неподобающая связь, а нечто большее. Ошибка. Ошибка перед лицом моей жены, моих детей, моих друзей, ошибка перед лицом всех французов, которые надеялись на меня в осуществлении их надежды на перемены к лучшему.

Бывший фаворит соцопросов в качестве кандидата на пост президента в 2012 году, Стросс-Кан также рассказал в интервью TF1, что теперь мечты о президентстве в прошлом.

Я хотел быть кандидатом. Я думал, что мое положение в Международном валютном фонде давало мне возможность острее взглянуть на ситуацию во Франции, на ее сложности и ее преимущества в процессе глобализации. Я думал, что могу быть полезен. Сейчас все позади. Естественно, я не собираюсь быть кандидатом на президентских выборах, но я продолжаю считать, что победа социалистов нашей стране необходима.

Что же до своих планов на будущее, 62-летний политик и экономист предпочел не давать конкретных ответов. Впрочем, он не сказал, что собирается навсегда покинуть политику.

Прежде всего, я собираюсь отдохнуть, встретиться с моими близкими. Мне нужно время для того, чтобы подумать. Вся моя жизнь была посвящена тому, чтобы быть полезным обществу. Посмотрим.

Заявления Стросс-Кана вызвали неоднозначную реакцию у французских политиков. Сеголен Руаль, экс-кандидат в президенты, а ныне кандидат на праймериз в соцпартии, заявила, что теперь главное – забыть об этом деле и заняться предвыборной кампанией.

Кроме того, по словам Руаяль, если бы в 2012 году она стала президентом, то не стала бы брать Стросс-Кана в свое правительство.

Для меня главное – желание забыть о происшедшем. Он сам дал это понять, и это мое желание как телезрительницы: позволить французам заняться другими делами и постараться начать политические дебаты, потому сейчас наступает очень важный исторический период, который определит будущее страны. Я думаю, что эта передача помогла подвести черту под тем, что нас и так занимало уже слишком много времени.

В правящей партии о деле Стросс-Кана тоже хотят поскорее забыть. Генеральный секретарь «Союза за народное движение» Жан-Франсуа Копе подчеркнул, что «сериал слишком затянулся».

Эта передача, о которой нам говорили, как о неизбежной, оказалась смехотворной и грустной. У меня нет никакого желания заниматься дешевым психоанализом, я всего лишь хочу, чтобы это закончилось. Я полагают, что многие французы думают то же самое.

Впрочем, кроме заслуженного отдыха и перемены деятельности Доминика Стросс-Кана ждет еще гражданский иск, поданный в США Нафисату Диалло, и уголовное дело по обвинению в попытке изнасилования во Франции, в которой его обвиняет французская журналистка и писательница Тристан Банон.

Как заявил французский адвокат Нафисату Диалло Тибо де Монбриаль, предстоящее экс-главе МВФ разбирательство не будет похоже на «удобное воскресное интервью», а станет «допросом, который может длиться несколько часов и даже несколько дней».

Все мы присутствовали на очень хорошо отработанной пиар-акции. Он выбрал удобный для себя телеканал и удобного для себя интервьюера. В речи Доминика Стросс-Кана не было никакой спонтанности, все жесты были тщательно продуманы. Он носился с отчетом прокурора как с писаной торбой и, кстати, говорил вещи, которых в этом отчете нет. В общем, это был очень удобный для него ход, но не имеющий ничего общего с тем, что его ждет в рамках предстоящего ему в США гражданского дела.

Что до дела Тристан Банон, Стросс-Кан признал, что «ухаживал» за девушкой, но, как и в случае с Нафисату Диалло, с его стороны не было «ни насилия, ни агрессии».

В свою очередь, мать Тристан Банон, Анн Мансуре (у которой, кстати, в свое время тоже была связь с Домиником Стросс-Каном) назвала последнего талантливым лгуном и сказала, что в своем выступлении «он ничего не объяснил».

Он сказал: я совершил моральную ошибку. Но я не очень понимаю, о какой моральной ошибке идет речь, если госпожа Диалло –совершеннолетняя и добровольно согласившаяся на это женщина. Если господин Стросс-Кан - тоже совершеннолетний и добровольно согласившийся мужчина, если никакого насилия не было, где моральная ошибка? Если это моральная ошибка по отношению к его супруге, то к чему публичное раскаяние? Достаточно договориться между собой. Ей это не впервой. Нет, он меня совершенно не убедил. Он удивительно талантлив в том, что я называю «педагогикой лжи». То есть, когда он врет, он, признаться, делает это умно и убедительно. Я полагаю, что сам он своим выступлением доволен.

Сама Тристан Банон призвала своих сторонников выйти на акцию протеста против Стросс-Кана, которая пройдет перед парижским Дворцом правосудия 24 сентября.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями