Границы дозволенного: «Монд» о частной и публичной жизни президента

Валери Триервейлер на встрече с учениками французской школы в Чикаго 21/05/2012
Валери Триервейлер на встрече с учениками французской школы в Чикаго 21/05/2012 REUTERS/Eric Feferberg
Аня Айвазян
4 мин

Французская пресса не перестает обсуждать недавний скандал, вызванный неожиданным вмешательством первой дамы Франции в политику. Ее небольшое, но наделавшее столько шума сообщение в Твиттере стало причиной серьезной дискуссии о границах публичного и личного в политике. Газета «Монд» представила своим читателям различные мнения по данному вопросу.

Реклама

Конец эры домохозяек

Дело Триервейлер стало концом эры «домохозяек» и заодно короткого периода «нормального» президентства Олланда, - считает Франсуа де Санли, социолог и писатель. Согласно республиканскому идеалу, существующему еще с конца XIX в., границы между частной жизнью и общественной должны строго соблюдаться. Жена обязана улыбаться и с восхищением смотреть на своего супруга. Само ее присутствие рядом с ним должно придать политику человечности, показывать, что он такой же человек, как и другие, и заслуживает любви.

На публике существует четкое разделение: мужчины говорят, а женщины играют в немое кино. Сейчас Франция с удивлением узнала, что отныне женщины тоже позволяют себе говорить, и не для того, чтобы обсудить детей, благотворительность или культуру, а затем, чтобы высказать свою политическую позицию. Твитт Валери Триервейлер стал своего рода экспериментом и продемонстрировал, что по этому вопросу французы разделились на два лагеря.
Первые считают, что подруга президента, хочет она того или нет, первая дама Франции и именно поэтому она обречена играть вторую роль. Она должна принять этот статус и примириться с его последствиями.

Мнение второй группы выходит за пределы ностальгического восприятия роли первой дамы. Они видят изменения, которые происходят в современном мире. А это значит, что Валери Триервейлер имеет право на собственное мнение. Более того, она может отказаться от роли тихой и скромной «спутницы» Олланда, продолжать работать журналистом и сохранить за собой свободу слова. Но в таком случае, ей нужно принять одно очень важное условие, а именно отказаться от статуса первой леди страны: больше никакого Елисейского, официальных поездок заграницу, совместных выходов с Олландом на публике. В таком случае, ее отношения с президентом не афишируются и становятся их личным делом. На публике же они два свободных человека. Впрочем, вторая опция тоже не решает проблему.

Новая социальная норма

К счастью, есть и третье решение. Следует понимать, что за последнее время произошло немало изменений, в том числе в «женском» вопросе. Отныне женщина имеет право одновременно работать и быть матерью своим детям. Ей больше не нужно выбирать. Как и все остальные женщины, первая дама Франции может быть одновременно официальной спутницей президента и быть самой собой, со своими интересами, своим миром и своей профессией. В этом контексте, Валери Триервейлер сумеет сохранить свою работу журналиста, не отказываясь при этом от своих обязанностей перед страной.

Пришло время порвать с традиционной моделью, которая заставляет женщин быть лишь тенью своих супругов. Разумеется, такой подход вызовет немало напряжения, потому что интересы женщины и мужчины часто приходят в столкновение. Однако стоит попытаться. Сегодня самоопределение человека выходит за узкие границы: можно быть одновременно французом и европейцем, уважать светский характер государства и носить знаки своей религиозной принадлежности. Женщина больше не обязана быть невидимкой: и такой должна быть новая социальная норма.

Мыльная опера Триервейлер

Несколько иную точку зрения высказал социолог Эрик Фассан. Новый президент обещал делать различие между частной и общественной жизнью, но первым же нарушил свое обещание, публично поддержав мать своих детей. А Валери Триервейлер, которую Олланд называет «женщиной всей своей жизни», и вовсе вынесла на всеобщее обозрение свое соперничество с Сеголен Руаяль, между прочим, спутницей Олланда на протяжении 30 лет. Первая дама Франции устроила настоящую мыльную оперу. На это правые говорят: «Вы еще пожалеете об уходе Карлы». Марин Ле Пен, в свою очередь, свидетельствует о саркозизме левых.

На самом деле, не так просто объяснить, почему эта ситуация показалась всем настолько скандальной. Проблема не в «десакрализации» функций первой дамы страны. Но сам президент Олланд, не был ли он избран за свою «нормальность» в несколько скандинавском стиле? И дело даже не в том, что вся эта история выглядит несколько безвкусно, пусть это и так. В первую очередь, проблема в том сексизме, который спровоцировал этот бурлеск. Политики и пресса, не стесняясь, говорят о «войне двух мисс» и призывают: «Пусть Олланд заткнет своих женщин!». Фактически, мы имеем дело с самым обыкновенным сексизмом.
Впрочем, когда секс вмешивается в политику, выявляются самые темные стороны политической борьбы, - считает писательница Анн-Мари Гара.
 

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями