Театр

Неаполь - Театральная феерия

Vertigo dance company спектакль Reshimo
Vertigo dance company спектакль Reshimo press-center

Театральный фестиваль — всегда праздник. Вдвойне праздник — театральный фестиваль в Италии. Италия... Вечно зелёная мандариновая страна с замусоренными улицами и улыбчивыми лицами, и один из самых колоритных городов — Неаполь, в котором уже в седьмой раз проходит летний фестиваль Napoli Teatro Festival Italia, куда съезжаются спектакли со всех концов страны, включая и зарубежных гостей.

Реклама

Однако иностранцы здесь скорее исключение, нежели правило. По большей части зрителю предоставляется возможность стать свидетелем истинно итальянской театральной феерии: классические спектакли драматического театра, современный балет, сюрреалистические перформансы — неаполитанский фестиваль охватывает практически все жанры театрального искусства и, что немаловажно, здесь с истинно итальянским гостеприимством всегда рады зрителю, любому, будь то продавец из соседней лавки или иностранный журналист.

Вообще, что касается журналистов, то в этом вопросе пожаловаться не на что, я, человек неискушённый, зато наслышанный о страшилках вроде той, как однажды два ведущих московских критика спали в хостеле на полу в Авиньоне, практически до слёз была растрогана итальянским сервисом.

Ещё в процессе урегулирования вопросов с аккредитацией, во время которого выясняется, что, помимо удовольствия смотреть хорошие спектакли, у тебя есть возможность бесплатно жить в отеле, бесплатно путешествовать от театра к театру и прочие волшебные «бесплатно», возникает радостное ощущение, что ты всем нужен, и тебя все ждут, именно тебя, и именно от твоего приезда все, начиная с организатора фестиваля и заканчивая пресс-центром, пришли в абсолютный и неконтролируемый восторг, всё оплачено, организовано, предусмотрено и готово к встрече восхитительного тебя. А ты восхитителен, да, в этом тебе не дают усомниться ни на минуту.

И с этих пор ты находишься во власти душеньки Италии, солнца, неба, зелени и театра.

День 1й, Reshimo (Решимо)

Открыли фестиваль гости Италии — танцевальная студия из Израиля Vertigo dance company спектаклем Reshimo. Судя по одному из восточных философско-религиозных учений, понятие «решимо» означает стремление к переходу души из прежнего состояния в будущее, которое предположительно должно оказаться светлее и прекраснее предыдущего. По версии хореографа Ноа Вертем необходимым атрибутом при переходе в новую форму, то есть, по сути, к просветлению, является самое неизведанное и многогранное чувство — любовь.

Четыре пары танцоров открывают зрителю простую истину, что жизнь — есть любовь и это аксиома, любовь бесценна, потому что без любви неизбежна вечная и всепоглощающая тьма. Жизнь есть бесконечная повесть о любви, наши истории не начинаются и не заканчиваются, они лишь продолжение других историй. И в каждой истории непременно будут он и она, вечные, как вода, мимолётные, как порыв ветра над раскалёнными мостовыми Неаполя.

Vertigo dance company спектакль Reshimo
Vertigo dance company спектакль Reshimo press-center

И как ещё можно рассказать о вселенской любви, если не посредством танца, танец ведь, по большому счёту, одно из самых загадочных видов искусства, особенно если это танец, рождённый не из набора поверхностных и заученных хореографических трюков, а из души, которая вот-вот постигнет главное знание, знание о любви, эдакой гармонии в дисгармонии.

И в вихре космической, захватывающей музыки по сцене несутся он и она, он и она, он и она, их много, или это одни и те же? А, в сущности, какая разница: это вечная пара, которая разделена временем, пространством, историей, Данте и Беатриче, Тристан и Изольда, Ромео и Джульетта, Пигмалион и Галатея - да мало ли их, которые всегда вместе и никогда не могут дотронуться друг до друга, только протянуть руку сквозь чужие истории, которые непременно окажутся их собственными, уже пройденными когда-то, но забытыми.

Когда он и она идут навстречу друг другу, не может быть никаких преград, но одно за другим перед натруженными ногами возникают препятствия, которые можно преодолеть лишь протянув руку, протяни мне руку, ну же, оглянись, обернись в такт музыке, посмотри на меня, любовь моя, счастье моё, вселенная моя, я здесь, я жду тебя, я так скучаю по тебе, оглянись!

И он оборачивается, и она бросается к нему навстречу, гаснет свет, оставляя вместо себя на открытой сцене огни ночного города, где-то совсем далеко и так близко, и шум моря. Взгляни на море, что ему до всех оскорблений — бессмертный Джойс. И в этой тьме они всё-таки найдут друг друга, он и она, и сольются в единое целое. Надолго ли?

День 2й. Il sindaco del rione Sanita. (Мэр района Санита)

К Эдуардо де Филиппо у неаполитанцев особенное, трепетное отношение. По словам итальянцев, его произведения для них безусловны, хотя бы потому, что написаны в оригинале, по большей части, на неаполитанском диалекте. Собственно, и спектакль получился невероятно домашним, созданным с любовью к искусству, к городу, к языку.

История стареющего градоначальника, который живёт по сердцу, исключительно по широкому и горячему итальянскому сердцу и потому раздаёт долги за своих горожан, спасает обездоленных, кормит голодающих. В первую очередь совершенно очевидным оказался тот факт, что актёры сами получают неподдельное удовольствие от участия в спектакле, от произносимого текста, знакомого вероятно с колыбели.

Спектакль Мэр района Санита
Спектакль Мэр района Санита press-center

Классика становится буффонадой, постановка изобилует традиционными жестами, вскриками «mamma mia» и так далее и тому подобное, придавая спектаклю очевидный, сочный и легко читаемый истинно национальный колорит. Да к тому же стол на сцене постоянно ломится от блюд с сырами и зеленью.

В общую картину итальянского праздника гармонично вписывается главный герой, мэр, местный вершитель судеб, повелитель. Эрос Паньи из тех мужчин, которые не теряют с годами выправки, стать достойная королей, эдакий неаполитанский Василий Лановой или Кирилл Лавров.

Когда в финале доброе сердце всё-таки перестанет биться, установится необычайная тишина. Замрут шумные гости за столом, остановятся часы. Это раньше их, казалось, никто не слышит, зато теперь можно слушать тишину. И в этой тишине замерло само время в растерянности, не зная куда идти дальше, потому что нынче некому больше подчиняться.

День 3й. Il giardino del ciliegi (Вишнёвый сад)

Часто говорят, мол, широкая русская душа близка широкой душе итальянской, поэтому итальянцы так любят Толстого, Достоевского, Чехова. Вопрос, конечно, спорный, однако итальянские режиссёры, пожалуй, наиболее часто и со вкусом осуществляют постановки чеховских произведений, вспомним хотя бы гениальный стреллеровский «Вишнёвый сад».

И всегда это Чехов вне национальностей и менталитетов. На сцене неаполитанского самого известного театра — театра Меркаданте в рамках фестиваля состоялась премьера также «Вишнёвого сада», но в постановке режиссёра Луки де Фуско.

Впечатление от спектакля сложное. Думаешь, да нет же, это не Чехов, Чехова не так нужно ставить, не так, но, с другой стороны, кто сказал, как нужно ставить Чехова, о чём? Чехов для каждого свой, персональный автор, его пьесы - кладезь ненайденных концепций.

Помимо удачной, хоть и спорной, реализации чеховского текста, абсолютной удачей спектакля можно считать сценографию, сцена, оформленная в бело-голубых тонах (Чехов всегда отчего-то ассоциируется у итальянцев с белым, как у Стреллера — белый снег в конце или белые цветы с вишнёвых деревьев?), и здесь, помимо всего прочего, возникающий почти в самом конце бутафорский разлом, скрывающий от зрителя часть сцены, позже на белые глыбы станет проецироваться невидимое пространство, за пределами взгляда, и на проекции одно за другим станут возникать лица Раневской, Леонида, Пети Трофимова, как на старой видеоплёнке живые портреты. Вам дозволено сегодня, господа, заглянуть в прошлое.

И, безусловно, Фирс, живущий, пока живёт дом. И, вероятно, единственная очевидная неудача спектакля — корчи несчастного старика, о котором все забыли. Предсмертная агония до того натуралистична, что становится не по себе и волей-неволей приходит циничная мысль , мол, хороший подарочек ждёт Лопахина по возвращению весной. Но если исключить досадную оплошность, то можно считать спектакль удавшимся, целостным.

Что же касается концепции, то однажды, ещё в школьном детстве мой папа-актёр сказал мне, что зачастую режиссёры не видят самой главной детали в пресловутой пьесе, а именно — Раневская всей душой жаждет расстаться с Вишнёвым садом и всеми силами пытается скрыть это.

Я видела не одну постановку «Вишнёвого сада», в том числе и в школьном театре, реализованную плохим учителем и не менее плохим режиссёром, но ни разу я не находила подтверждения теории отца. Поэтому можно вообразить моё радостное удовлетворение, когда я стала свидетелем именно той Раневской, которой вишнёвый сад стоит поперёк горла, и потому в финале на лице её играет благостная, счастливая улыбка, стука топоров не будет слышно за ласковой и чуть грустной музыкой, грустной, потому что новая жизнь — всегда прощание со старой, а прощание, как известно, всегда печально.

Театр Меркаданте постановка "Вишневого сада" Луки де Фуско
Театр Меркаданте постановка "Вишневого сада" Луки де Фуско press-center

Но впереди только новое, впереди - решимо. И герои один за другим, поднявшись в последний раз по широкой лестнице, канут в небытие, ни разу не обернувшись шагнут в почти гинкасовскуюю бездну, которая расстилается за пределами видения, исчезнут в будущее счастье.
 

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями