Перейти к основному контенту

Группа «Наби»: прикладное искусство как источник радости

Выставка «Группа "Наби" и декоративное искусство» в Люксембургском музее открывается серией панно Пьера Боннара «Женщины в саду».
Выставка «Группа "Наби" и декоративное искусство» в Люксембургском музее открывается серией панно Пьера Боннара «Женщины в саду». Siegfried Forster / RFI
RFI
5 мин.

В Люксембургском музее в Париже проходит выставка, посвященная декоративному искусству в творчестве группы «Наби». Это уже второй раз за сезон, после персональной выставки Альфонса Мухи, когда музей обращается к периоду «бель-эпок».

Реклама

Группа «Наби»: прикладное искусство как источник радости

На выставку хорошо идти по цветущему Люксембургскому саду, мало изменившемуся за последние полтораста лет — все так же отбрасывают резную тень деревья, дети все так же пускают кораблики в пруду. Первый раздел выставки так и называется — «Женщины в саду», и у зрителя возникает ощущение путешествия во времени, словно только что пройденный сад внезапно заполнился женскими фигурами в костюмах совсем другой эпохи.

Но если даже зритель поначалу и чувствует сладкий укол ностальгии, Люксембургский музей при поддержке Гран-Пале, Орсе и Оранжери ставил перед собой совершенно иную задачу — показать, как на сломе эпох зарождалось не только новое станковое искусство, но и абсолютно новое отношение к искусству декоративно-прикладному. То, что нам теперь может показаться сентиментальным и даже слегка старомодным, было на рубеже ХХ века настоящей революцией.

«Набиды были революционерами, потому что идея создания современного декоративного оформления для современных интерьеров полностью принадлежала им. Они хотели отличаться от художников предыдущих поколений, переосмысливая модели, создавая очень радостные современные сцены, связанные с их собственной жизнью, с их собственной средой. Современная эпоха была им по меньшей мере столь же интересна, если не более интересна, чем доминирующие на тот момент исторические стили и сюжеты», — говорит куратор выставки Изабель Кан.

Слева: Пьер Боннар. Женщины в саду. 1890-91. Справа: Поль Серюзье. Женщины у источника. 1899. Музей Орсе.
Слева: Пьер Боннар. Женщины в саду. 1890-91. Справа: Поль Серюзье. Женщины у источника. 1899. Музей Орсе. Rmn-Grand Palais / Hervé Lewandowski / Patrice Schmidt

Набиды

Просуществовавшая не более десяти лет группа «Наби» сама по себе — чрезвычайно интересное явление. Собственно, это школьное братство, зародившееся в парижском лицее Кондорсе. Режиссер театра д’Эвр, Орелье Люнье-По, также выпускник Кондорсе, писал: «Похоже, провидение не без тонкого умысла собрало в одной школе таких людей, как Эдуар Вюйар, Морис Дени, Поль Серюзье, Кер-Ксавье Руссель».

После школы все они дружно отправились в Академию Жюлиана, где к ним присоединились Пьер Боннар, Анри-Габриель Ибельс, Поль-Эли Рансон. В мастерской Рансона компания и собиралась, вела теософские беседы, спорила об искусстве и читала стихи Малларме. Импрессионисты уже казались им устаревшими.

Катализатором создания группы послужил Поль Серюзье, когда, неудовлетворенный методами обучения в Академии, отправился в Понт-Авен к Полю Гогену. Оттуда он привез этюд, написанный в очень обобщенных формах локальными красками, который будущие набиды немедленно окрестили «Талисманом». Пожалуй, это уникальный случай, когда поворотным пунктом в истории искусства становится студенческий этюд.

Название «Наби» (nabis, от древнееврейского слова «пророк») предложил приятель художников, поэт и специалист по древневосточной литературе Огюст Казалис, когда в 1888 году члены группы впервые заговорили об общих художественных целях. Идея понравилась — она напоминала о тайном обществе со своими ритуалом и языком. Каждый вступавший должен был принести «икону» — картину, доказывавшую право на принадлежность к братству. При вступлении каждый получал ритуальное имя в знак совершившейся инициации. Рыжебородый Серюзье звался «набидом с блистающей бородой», Боннар — «самым японским набидом», Дени — «набидом красивых икон», Вюйар — «набидом-зуавом», Руссель — «буколическим набидом». Позднее «набид-журналист» Ибельс писал: «Мы развлекались самым серьезным образом».

Морис Дени. Лестница в листве. 1892. Департаментальный музей Мориса Дени в Сен-Жермен-ан-Ле.
Морис Дени. Лестница в листве. 1892. Департаментальный музей Мориса Дени в Сен-Жермен-ан-Ле. © Rmn - Grand Palais / Gérard Blot / Christian Jean

Группа расширялась, в нее вошли Аристид Майоль, Жорж Лакомб, голландец Ян Веркаде, швейцарец Феликс Валлотон, венгр Йожеф Рипль-Ронан, датчанин Морген Баллин. Она привлекла внимание журнала La Revue blanche и ее издателей братьев Натансонов, поклонника ар-нуво, коллекционера и мецената Зигфрида Бинга. У группы появились поклонники и заказчики.

Последователи Гогена, набиды стремились к лаконизму, ярким цветовым пятнам, выразительности контура. Теоретик движения, Морис Дени, писал: «Картина, перед тем, как стать конем в битве, обнаженной женщиной или какой-нибудь бытовой сценой, является, прежде всего, плоской поверхностью, покрытой красками, собранными в определенном порядке». До похожих размышлений Казимира Малевича еще должна пройти четверть века.

Группу «Наби» нельзя назвать направлением или школой. И распалась очень быстро — уж очень разными индивидуальностями обладали художники. Но ее художественное влияние испытали на себе Матисс, Балтус, Джорджо ди Кирико, Кандинский, Мондриан и почти все представители кубизма.

Эдуар Вюйар. Полосатый корсаж. 1895. Национальная галерея искусства, Вашингтон. Коллекция Поля Меллона.
Эдуар Вюйар. Полосатый корсаж. 1895. Национальная галерея искусства, Вашингтон. Коллекция Поля Меллона. Washington, National Gallery of Art

«Внести красоту в повседневность»

Набиды не только пытаются изменить отношения художника с восприятием и с художественной традицией. Они задумываются об искусстве как о части жизненного пространства. Стирание границ между станковой живописью и декоративно-прикладным искусством должно, по их мнению, сделать искусство всеобъемлющим, «тотальным».

Собственно, к тому же стремились в 1860-х годах в Англии Уильям Моррис вместе с Джоном Рёскином (движение Arts and Crafts) и члены австрийской группы «Сецессион» Йозеф Хоффман и Коломан Мозер при открытии «Венских мастерских» на исходе XIX столетия. Но группе «Наби» повезло меньше — несмотря на усилия владельца художественной галереи «Модерн» Зигфрида Бинга, их работы так и остались на уровне прототипов. Поэтому довольно значительный вклад набидов в развитие прикладного искусства оказался недооцененным и забытым.

Поль Рансон. Три женщины за сбором урожая. 1895. Департаментальный музей Мориса Дени, Сен-Жермен-ан-Ле
Поль Рансон. Три женщины за сбором урожая. 1895. Департаментальный музей Мориса Дени, Сен-Жермен-ан-Ле © D. Balloud

Если станковая живопись членов группы подчеркнуто декоративна, то имеющие утилитарное назначение панно, напротив, обладают чертами «чистого искусства»: они лишены повествовательности, ритмичны и зачастую черпают вдохновение не в сюжете, а в музыке. Набиды придумывают и оттачивают язык зарождающегося стиля модерн.

Такая выставка во Франции открывается в первый раз, и ее кураторам пришлось проделать огромную работу. В результате разводов, продаж, перестроек и наследования работы были разрознены, проданы с аукционов и разъехались по всему миру. Понадобились большие усилия, чтобы собрать их воедино.

Разумеется, невозможно было воссоздать подлинные интерьеры, сведений о которых практически не сохранилось. Поэтому выставка делится на четыре раздела: «Женщины в саду», «Интерьеры», «Ар-Нуво», «Священные обряды». Рассеянные по разным музеям и коллекциям панно собраны вместе. В разделе «Ар-нуво» представлены гобелены Аристида Майоля, проекты абажуров Феликса Валлотона, эскизы витражей Ксавье Русселя, маркетри Поля Рансона, фарфор Эдуара Вюйара. Эту экспозицию стоит посмотреть — возможно, что вы этого больше никогда не увидите.

Эдуар Вюйар. Сидящая женщина. 1895. Тарелка, фарфор. Музей Орсе
Эдуар Вюйар. Сидящая женщина. 1895. Тарелка, фарфор. Музей Орсе © Rmn-Grand Palais (musée d’Orsay) / Hervé Lewandowski

Создатели выставки считают, что, несмотря на смену стилей и вкусов, декоративно-прикладное творчество группы «Наби» не утратило своей ценности. «Самая поразительная вещь в декоративных проектах группы „Наби“ — это желание украсить жизнь и заставить зрителя взирать на жизнь с радостью. Это сообщение всегда современно. (…) Я думаю, что такой взгляд и такие ценности чрезвычайно сильны и влияют на нас и сегодня», — говорит куратор выставки Изабель Кан. С ней трудно спорить — выставка и в самом деле получилась очень весенней и праздничной.

Выставка «Les Nabis et le décor» открыта до 30 июня 2019 г.
Люксембургский музей
19 Rue de Vaugirard, 75006 Paris

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.