Перейти к основному контенту
Кавказский дневник

С детства я мечтала помогать людям

Аудио 09:08
(Photo: R.Malsagova/RFI)
Роза Мальсагова
25 мин

Юкико Кикучи разделила свою ещё короткую жизнь на две половины – родная Японии и Россия, ставшая вторым домом, из которого её депортировали за «прочеченскую» позицию.

Реклама

Дети-беженцы: это не миф, а суровая действительная реальность. Эта проблема возникла ни сегодня, ни вчера. Дети становятся самыми легкими жертвами кровавых конфликтов и войн во всем мире.

Цифры говорят сами за себя: со времени окончания второй мировой войны имели место более 150 войн в мире, унесших около 20 млн человеческих жизней, из них четвертая часть — дети. И по всему миру растет волонтерское движение спасателей, которые протягивают руку помощи. Зародилось оно в 20-х годах прошедшего столетия после первой мировой войны, когда молодые люди- французы и немцы, встретились и пришли к замечательной мысли, ставшей впоследствии лозунгом волонтерского движения: «Лучше работать вместе, чем воевать».

Юкико Кикучи: С детства я мечтала помогать людям

Сегодняшний мой собеседник — Юкико Кикучи, родилась и жила в Японии, в северном городке Хиросаки. Дочь вполне респектабельных и обеспеченных родителей, поступив в 2003 году в Московский Государственный Университет на факультет мировой политики, становится волонтером.

Р.Мальсагова: Юкико, вернемся на 10 лет назад, когда вы впервые, 17-летней девушкой, посетили Чернобыль.
Что двигало вами, когда вы выбирали совсем не туристический маршрут?

Ю.Кикучи: Меня многие спрашивают, почему я решила поехать в Чернобыль. С детства я мечтала поехать в Чернобыль и там работать — помогать людям. Но, когда я впервые посетила Чернобыль, я поняла, что проблема там не связана с медициной. Надо изменить политику не только России, Украины или Белоруссии, а прежде всего стран бывшего Союза. Вот тогда я изменила своей детской мечте о врачебном предназначении, начав изучать политику России, стран Содружества Независимых Государств.

Р.Мальсагова: Зачем юной девушке из благополучной Японии ввязываться в совсем не «детские игры»? Немногие журналисты, правозащитники рискуют ехать на Кавказ, понимая, что этот вояж сопряжен с очень определенным риском для жизни.

Ю. Кикучи: Я была слишком молода и не понимала ценности своей жизни, с другой стороны, это очень ценный опыт для меня.

Р.Мальсагова: Когда Вы впервые столкнулись с детьми-беженцами?

Ю.Кикучи: В ноябре 2004 года я поехала в столицу Азербайджана Баку и посетила детский центр для беженцев. Это первый мой опыт общения с беженцами и не только чеченцами. Меня тронуло то, что они никогда не демонстрировали горе, которое им пришлось испытать. Вот там я и познакомилась с 14-летним Имраном Юсуповым, у него было осколочное ранение в голову и полностью отсутствовала часть черепной коробки. Он нуждался в срочной операции, тогда и родилась идея о том, что его надо вывезти в Японию.

Р.Мальсагова: Удивительно, вы пытаетесь спасти жизнь такого же ребенка. На что Вы возлагали надежды, когда создавали фонд, кто участвовал в нем?

Ю. Кикучи: На самом деле в этом фонде работала только я, потому что я не могла найти себе помощников. Я позвонила врачу в родной город в Японии, и он согласился на проведение операции. Я очень боялась, что мне не удастся это сделать, считая, что уже отвечаю за жизнь Имрана. Его родители и он сам очень надеялись на меня. Но эти трудности, по сравнению с положением Имрана...

Р. Мальсагова: Кто вкладывал деньги в этот фонд?

Ю. Кикучи: Японский народ. Сначала многие не давали деньги.

Р. Мальсагова: Ваша затея не казалось авантюрой?

Ю. Кикучи: Чуть-чуть да. Но я решила поехать в Японию, хотя денег не было. Надеялась, что сделаю хорошую рекламу, а потом деньги появятся. Я купила билет для Имрана и заявила, что мы едем в Японию на операцию. Имрану очень успешно сделали операцию. Но я собрала денег, гораздо больше, чем требовалось для операции, и я поехала в Чечню — это была моя первая поездка туда. Я познакомилась с Заремой Садулаевой (руководитель фонда помощи детям-инвалидам войны «Спасём поколение», расстреляна в августе 2009 года). На её проект и фонд Хасана Баиева я так же выделила часть собранных денег и ещё на центр «Женское достоинство» Лебхан Базаевой.

Р. Мальсагова: Юкико, что Вам руководило?

Ю. Кикучи: Честно говоря, я даже не могу ответить на этот вопрос. Многие думают, что жизнь в Японии совершенно безоблачна, что все счастливы и все там есть. Да, материально всего у нас хватает, но в душе как-то пусто. В России, Чечне всё наоборот: люди трудно живут, много неудобств... Кстати, я именно там научилась стирать руками (Юкико смеётся) В Японии никогда не стирают руками...  У них (россиян, кавказцев – ред.) душа есть, я так думаю.

Р. Мальсагова: В 2008 году вы окончили Московский Государственный Университет, получив диплом специалиста по международным отношениям и рекомендацию профессоров для продолжения обучения в аспирантуре. Неожиданно вам в московском аэропорту отказывают во въезде и депортируют в Токио. Что стало основанием для вашего выдворения? Ваши вояжи в Чечню и тема дипломной работы «Миростроительство в Чечне» могли быть причиной ?

Юкико Кикучи: Да, наверное... Но я не жалею, что занималась этими проблемами и ездила в Чечню. У меня есть очень ценный опыт, хотя он будет мешать моей карьере. Пограничники мне сказали, что ты лучше знаешь причину депортации. На самом деле, так оно и есть, я лучше знаю.

Р. Мальсагова: Вы явились с угрозой для государственной безопасности России, если сочли нужным выдворить вас?

Юкико Кикучи: Нет, по-моему, я такой маленький человек, что не могу что-то сделать и стать угрозой.

Р. Мальсагова: Этот маленький человек спас жизнь своему ровеснику. Это много стоит.  Вы сегодня живёте в Париже, продолжаете общаться с беженцами и помогать им.

Ю. Кикучи: Да, если кому-то необходима помощь, я пытаюсь помочь. Конечно, сейчас у меня такой большой возможности нет. Я ведь депортантка из России, я тоже беженка оттуда.

Р. Мальсагова: В японской легенде, согласно которой человек, сложивший тысячу бумажных журавликов, может загадать желание, которое обязательно исполнится...

Ю. Кикучи: Моё желание... я хочу еще раз вернуться в Москву и на Кавказ, который я считаю своей второй родиной. Я не могу сейчас влиять на политику России изнутри, но буду пытаться влиять вне этой страны. Я не хочу, чтобы убивали детей. Если политика не изменится, то следующее поколение детей тоже будет страдать.

Меня, очень взрослого человека, неотступно преследовала мысль о том, что прожив жизнь, я не смогла сделать и малую часть того, что удалось этой девушке из Японии. Да и многие ли из нас рискуют своим благополучием, решая проблемы чужих нам людей?

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями

Страница не найдена

Запрошенный вами контент более не доступен или не существует.