Куба, или Воспитание чувств

Гасан Гусейнов
Гасан Гусейнов RFI

Недостаточно, а главное – совершенно бесполезно, да и по-человечески нехорошо, то и дело называть кого-то «хамлом» или «лжецом». Даже если сам себя этот кто-то и вовсе воображает таежным жителем – медведем-шатуном или тигром-хулиганом.

Реклама

Куба, или Воспитание чувств

Есть географические названия, которые участвуют в разговоре примерно так, как чиркнувшая спичка в опасно сухом лесу. Сталинград, Бородино. С ними все ясно. А вот Брест-Литовск? Если спичка поджигает далекий лес Первой мировой, то загорается Брестский мир, а если Второй мировой? Тогда – Брестская крепость. Но есть и понятия попроще.

С Кубы, кажется, легче начать: все-таки это чужая страна, и общая массовая память о ней – только советская. И только у того поколения, которое помнит «барбудос», молодого Фиделя, Фиделя с Хрущевым, злобные песни-карикатуры «Куба, отдай наш хлеб! Куба, возьми свой сахар!» Наконец, в девяностые годы прошлого века случилось полное забвение «Коммунизма У Берегов Америки»… Еще бы! «Новые русские» стали капиталистами, буржуа, олигархами, забрезжило исполнение американской мечты. Полновесный бакс залил глаза. Какой, к черту, социализм! Какие-такие развивающиеся страны? Но медленно-медленно, с начала нулевых, вдруг выяснилось, что Куба все-таки немножко своя. Не потому что социализм, не потому что «бедная, но верная историческая подруга». А потому что начал подниматься антиамериканизм. Потому что руководству РФ понадобилось найти точку, откуда можно было бы, кто его знает, и снова ущипнуть супостата. Колумбийские повстанцы, которым перевозил оружие Виктор Бут, венесуэльские братья по нефтяной судьбе, никарагуанские партнеры по мировой революции 1970-х гг. – центрально-американские воспоминания о тех годах заиграли в унисон с эмоциями обиженной Америкой Эрэфии.

Ответ грянул с самой неожиданной стороны. Можно подумать, что кубинцы и их северные соседи дождались последнего момента, когда музейный автомобильный парк Острова может быть в целости и сохранности передан бывшим кровавым собакам империализма. Говорят, вырученных за эти машины денег хватит на реконструкцию народного хозяйства Кубы, тем более, что долг этой страны был списан по указу президента РФ чуть ли не накануне публичного объявления о братании Вашингтона и Гаваны.

Куба перестала быть нашей, российско-советской Кубой, которой она была 50 лет. Вместо этого она стала чем-то вроде… Крыма. Но только не аннексированного «вежливыми людьми», а другого.

Того Крыма, который, с точки зрения западного сообщества, по-прежнему является частью Украины. Именно на этот «Крым – регион, входящий в состав Украины», распространяются новые санкции нашего воспитателя – Соединенных Штатов Америки.

Пусть сейчас этот Крым – виртуальный. Но ведь и российский Крым не совсем реальность. Для большинства из тех россиян, кто еще два года назад мог провести там отпуск, Крым стал сейчас если и не настоящей заграницей, то опасной зоной. А Куба? В глазах западного мира Куба превращается из полузабытого сателлита России в точку роста проамериканских настроений, возможно даже – в будущего союзника США. Конечно, мы еще не знаем, не закончится ли демократизация острова чем-то похожим на события в бывшем СССР или Югославии: слишком многим захочется привлечь к ответственности режим братьев Кастро. Тут вся надежда кубинцев опять-таки – на американцев, которые в случае чего приструнят радикальных беженцев: в конце концов не в общих ли интересах создание из острова нищеты полуострова американской мечты? Такой же, как и у российских нуворишей 1990-х годов. А воспитанных чувств, или сентиментального образования, кубинцам не занимать.

Что же означает русско-советское слово Куба для чувств грубых, невоспитанных? Это, как любит говорить глава правительства РФ, «совсем другая история». На наших глазах эта история сдвинулась с мертвой точки. Поплыла в сторону Соединенных Штатов Америки. Будет оттуда показывать пример одному еще недавно в меру процветавшему полуострову, который в русско-советской истории политических эмоций сыграл такую злую шутку с Российской Федерацией.
Герой сатирического романа Ильфа и Петрова Шура Балаганов, у которого в кармане лежали 300 тысяч рублей, «машинально» украл у гражданки в трамвае кошелек, в котором лежал рупь с мелочью. Руководство Российской Федерации, этот коллективный Шура Балаганов нашей постсоветской эпохи, так же машинально хапнуло у соседки по истории и географии небольшой полуостров. Не просто у соседки, признается сам Балаганов, а у ближайшей родственницы. У страны-колыбели своей Церкви, у матери своей цивилизации.

И ведь все это только последствия невоспитанных чувств: не получившие образования эмоции затмили разум. Российские граждане, очевидно, запутались в собственных чувствах: вполне естественное отвращение к агрессору и насильнику эмоционально неграмотный отказывается испытывать к своим. Вот почему россияне машинально приняли массовое отвращение к себе за подъем патриотизма и чувства национального единства. Так бывает. Коллективные помрачения рассудка – хорошо описанный феномен. От него никто не застрахован. Тут нечего злорадствовать. Тут надо помогать всем миром. А вот воспитывать чувства бранью или голой военной силой на европейском ТВД несовременно.
Недостаточно, а главное – совершенно бесполезно, да и по-человечески нехорошо, то и дело называть кого-то «хамлом» или «лжецом». Даже если сам себя этот кто-то и вовсе воображает таежным жителем – медведем-шатуном или тигром-хулиганом.

Вот почему, слушая речи президента США Барака Обамы, я понимаю его кубинскую политику как воспитание чувств, сентиментальное образование и наших леопардов, и заокеанских ястребов. Начнется ли с переосмысления имени «Куба» переосмысление имени «Крым», и, если да, то когда? Как мы знаем, значение даже ключевых слов часто меняется на протяжении жизни одного поколения.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями