Как симуляция безумия делает безумцем

 Сейчас модны короткие резкие слова. Не только относительно новые вроде "рэп", "хит", "офф", но и вполне старые, давным-давно намытые в языке заморским прибоем.Шок, поп, кайф. 

Реклама

И даже появились слова и выражения, которые я бы сравнил со знаменитой "землянкой в три наката": у них, этих слов, хоть и был когда-то тот же облик, что сегодня, но недавно поверх старого значения "накатили" еще один слой бревен и земли, так что прежнее значение вроде бы и осталось, но о нем принято не вспоминать. Сейчас я поясню это на примере как раз вот существительного "шок" и глагола "шокировать".

Ясное дело, "шоков" великое множество. От болевого или анафилактического шока можно умереть, можно – лишиться рассудка, или, как еще говорят, свихнуться, или сойти с ума. В последнее время, однако, участились случаи, когда как о шоке говорят и просто о каком-то необыкновенном, в том числе – вполне благоприятном для говорящего, случае.

А вот глагол "шокировать" употреблялся в середине 20-го века не столько в буквальном этимологическом значении "потрясать", сколько в довольно мещанском и отчасти агномическом значении "ставить в неудобное положение". Например, шокированной могла чувствовать себя девушка, пригласившая юношу в оперу, куда тот явился в джинсах и свитере. Шокировать в старые времена можно было профессора, в обращении к которому студент забывал употребить слово "профессор". Сейчас многие учатся быть шокированными в этом специальном смысле слова, но получается это плохо, потому что тем временем слово "шокировать" узурпировали российские масс-медиа. Что они с этим словом делают? Они используют его в старом значении "потрясать" или "быть потрясенным".

То и дело мы слышим, что, например, "королева Великобритании шокирована казнью британского журналиста". Шокирована (по-русски) королева, возможно, бывает, когда нарушают правила этикета. А о реакции на казнь нужно было бы написать: "Казнь журналиста была ударом для королевской семьи, сказала Елизавета Вторая". Или даже проще: "Королева и ее семья потрясены бесчеловечным убийством журналиста".
Подумаешь, скажут нам, просто слово из маргинального и мещанского разговорного языка перенеслось в наше время в язык масс-медиа.

Здесь эти самые масс-медиа подстерегают трудности особого рода. Известно, как сложно в простом пересказе подобраться к тому, о чем там на самом деле говорили, например, дипломаты. Вот, скажем, выражение "конструктивные переговоры" вовсе не обязательно означает готовности сторон немедленно выстроить необходимые общие "конструкции". Напротив, его понимают в том смысле, что переговоры состоялись, и это хорошо, но разногласия столь велики, что единственным положительным событием является только сам факт участия сторон в переговорах.

Эта международная политическая корректность через пень-колоду существовала на протяжении нескольких десятилетий – до начала того, что люди не очень искушенные в дипломатических тонкостях назвали бы разорением и разграблением Украины со стороны РФ, а на международном дипломатическом языке называется "вмешательством России в дела Украины".

Еще совсем недавно нынешние противники РФ на международной арене – демократический Запад, страны НАТО и ЕС, Канада и США – были партнерами и друзьями. Их пока не называют в официальных СМИ "врагами". Сами эти страны, начиная с весны 2014 года объявили российскую аннексию Крыма не действительной, а последовавшую за этой аннексией вооруженную агрессию на востоке Украины объявили политикой дестабилизации и даже нарушением глобальных договоренностей, которые были достигнуты за двадцать лет до роспуска СССР. Язык этих обвинений, как и последовавших за ними санкций, выдержан в подчеркнуто сухом юридическом ключе. Собственно, на дипломатическом языке все события последнего года на востоке Украины называются уже, по большей части, открыто и ясно. Без этой ясности было бы невозможно добиться консенсуса, или общего согласия столь не похожих друг на друга стран.

Поскольку в России многим, включая государственную власть, именно такая сдержанность кажется проявлением слабости, на политические оценки Запада в РФ предпочли не обращать внимания.

Запад наращивает требования к политической корректности, все меньше говоря о Российской политике словами и все больше подавляя экономику РФ на деле, а РФ, наоборот, все дальше уходит от столь ненавидимой в России политической корректности, так что даже МИД РФ строит свои пресс-релизы на недипломатичной смеси жаргона и морализаторских сентенций. Европейцев обвиняют в том, что те "вбрасывают несуразные обвинения" против России, в то время как украинская сторона ведет себя "аморально и бесчеловечно".

Друг другу оказались противопоставлены, таким образом, два медийных и политических словаря – преимущественно правовой со стороны Запада и преимущественно моральный со стороны РФ. Вы обвиняете нас в аннексии и агрессии? А сами утратили последние приличия.

Слабость морального словаря очевидна: утрата кем-либо приличий, нарушение этикета сами по себе в России не котируются, поэтому ни мобилизующего внутриполитического эффекта, ни воздействия на (бывших) партнеров они иметь не могут. Привыкшие к публичному хамству своих политиков россияне просто не понимают, о чем идет речь. В этих условиях на свет и извлекли в начале октября глобальное политическое обвинение Украины в проведении "геноцида" русскоязычного населения Донбасса. Именно об этом заявил Сергей Нарышкин на встрече парламентской ассамблеи Совета Европы 3 октября.

Одно это слово – "геноцид", – вкупе со все более массированной антиукраинской пропагандой на внутрироссийском медийном рынке, может оказаться предупреждением соседнему государству и остальному миру примерно вот какого содержания.

"Да, мы, возможно, перегнули палку и просчитались в своей политике в отношении Украины. Но теперь, когда из-за ваших санкций начинает разрушаться вся величавая конструкция благополучия, только что выстроенная и превосходящая самые невероятные мечты нашего детства, мы, если и уйдем, лишившись всего, то только вместе с вами, дорогие вчерашние партнеры".

В последнее время – сначала эвфемизмом "утратил чувство реальности", а потом – и открыто – руководство Российской Федерации обвиняют то в "иррациональной", а то и прямо в "безумной" внешней политике. Некоторые говорят, что, мол, это безумие симулируемое, не настоящее. Что на самом деле, мол, за ним стоит какой-то расчет. Мы просто пока не знаем, какой. Но вот-вот узнаем. Мы и в самом деле узнали за последний год так много нового о себе и о других, что, конечно, не удивимся, когда заговорит ракетная установка по кличке "геноцид", которую выкатили на сцену в антракте.

Кто безумец? – дразнят своих западных партнеров из Кремля. – Мы, забирающие себе куски из советского наследства? Или вы, готовые ради юридического чистоплюйства лишиться всех достижений послевоенного мира в Европе?

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями