Россия

Transparency International о коррупции в России: «Берут, как будто живут последний день»

Антон Поминов - генеральный директор Transparency International Russia
Антон Поминов - генеральный директор Transparency International Russia transparency.org.ru

Международная организация Transparency International публикует в эту среду, 3 декабря, ежегодный «Индекс восприятия коррупции». Глава московского отделения Transparency Антон Поминов рассказал RFI, как изменилась ситуация в России, и как неблагоприятная для страны международная ситуация может повлиять на индекс восприятия коррупции в будущем.

Реклама

Transparency International в России: Критиковать власть стало моветоном

Наиболее чистыми от коррупции странами организация остаются Дания, Новая Зеландия и Финляндия. Замыкают рейтинг Северная Корея и Сомали. Ситуация с коррупцией ухудшилась в Китае, Турции и Анголе. За год Россия также опустилась на шесть позиций и заняла 136 место — рядом с Нигерией, Ливаном, Ираном, Камеруном и Киргизией. Украина занимает 142-ю строчку рейтинга, наравне с Угандой.

RFI: Что вы можете сказать о 136-м месте России в опубликованном сегодня рейтинге ? По сравнению с 2013 годом Россия опустилась на шесть позиций. По каким причинам это произошло?

Антон Поминов: Незначительные изменения туда-сюда — это статистическая погрешность. Об этом говорят наши коллеги из отдела исследований. Поэтому мы считаем, что это просто топтание на месте.

Может быть, это еще связано с изменением системы подсчета баллов?

Нет, ничего не изменялось, никакая система подсчета. Просто столь незначительные изменения не отражают… то есть, нет изменений. Статистически нет изменения в восприятии. Очень уж незначительные изменения, чтобы говорить, что эти данные статистически значимы.

Ваш прогноз на следующий год в связи с тем, что в этом году в России были приняты какие-то антикоррупционные меры – законы против вывоза капитала и деоффшоризации. Может это как-то отразиться на следующем рейтинге?

Сами по себе законы отразиться не могут. Отразиться может, если их будут применять. У закона ведь есть два пункта: сначала нужно принять, а потом применять. И поэтому, мне кажется, антикоррупционное законодательство у нас скоро будет лучшее в мире, в России. Но вот, применение… Есть большая дырка, большое отставание применения от принятия.

В отчете за 2013 год упоминалось, что в России растет инициатива снизу по поводу денонсирования коррупции. В этом году что-то поменялось?

Инициатива по-прежнему есть, и мы это видим. Видим, прежде всего, по интернету. Но проблема заключается в том, что в идеале, конечно, гражданское общество надо поддерживать — черт с ним «поддерживать» — хотя бы не мешать ему развиваться.

То, что мы видим последние три года — это нагнетание такой атмосферы, что к некоммерческому сектору в обществе относятся все более и более настороженно – как к организациям, так и к активистам. У нас в последнее время, особенно это видно на фоне ура-патриотических тенденций после Олимпиады, Крыма, вообще всей украинской истории, критиковать власть становится — я бы не сказал опасно — но таким моветоном в обществе. Поэтому мы видим неприятие обществом любой самокритики.

Но то, что есть масса людей, масса инициатив в регионах, кого «достали» местные власти, у кого отняли бизнес, это мы, конечно, по-прежнему видим. Просто все это загоняется в некое подполье. «Подполье» — я имею в виду, чтобы не высказывались. Не то, чтобы какая-то нелегальщина, просто многое из того, что могло бы быть высказано, не высказывается.

Вы имеете в виду СМИ? Или инициатива, которая существует, ее «сверху замалчивают»?

Не в том смысле, что замалчивают, а в том смысле, что народ запуган. Просто страшно что-то рассказать, что-то написать. Это первое. И второе, если вы вышли в своем регионе, скажем, с каким-то фактом или с сообщением о подозрении, то, скорее всего, никто из местных СМИ об этом не расскажет. Конечно, от региона к региону ситуация может меняться. Но, в целом, крупные коррупционные скандалы, которые мы видим в интернете (ну, вот Навальный написал о каком-нибудь чиновнике, который явно живет не по средствам), вы не увидите потом на федеральном канале, никто не возьмет эту тему, не будет раскручивать.

Впрочем, так же, как и раньше, собственно, или все-таки это больше чувствуется?

Нет, сейчас это  стало сильнее. У нас принимается такое законодательство по СМИ («Ведомости», например, которые стараются освещать больше тем), в соответствии с которым им нужно будет то ли менять организационную форму, то ли собственника. То есть, им усложняют жизнь.

Могут ли санкции, принятые Западом против России, как-то повлиять на уровень коррупции, и имеются ли уже сейчас какие-то факты? Учитывая то, что Россия стала еще более закрытой для мира, будет ли расти коррупция в российской экономике ?

Конечно, с одной стороны, там, где меньше конкуренции, там, где больше возможностей давления на бизнес,  —  естественно, больше возможностей для коррупции. С другой стороны, говорят: «берут, как будто живут последний день». То есть те, у кого есть возможность набить карманы, будут пытаться это сделать как можно быстрее, потому что у них не долгосрочное целеполагание — мы будем долго работать на благо родины — а мы будем стараться быстро обогатиться и после нас хоть потоп.

Потому что непонятно, чем все это может закончиться.

Да. Ведь здесь есть такие риски. Я бы не стал говорить, что это будет, я бы сказал, что есть такие риски.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями