Директор Ельцин-центра: Неудивительно, что у кого-то мы вызываем неприятие

Екатеринбургский Ельцин-центр открылся в ноябре 2015 года.
Екатеринбургский Ельцин-центр открылся в ноябре 2015 года. RFI/ V.Bondarev

Созданный в Екатеринбурге общественный, образовательный и культурный центр имени первого президента России привлекает повышенное общественное внимание. Многие из приезжающих в Екатеринбург даже с самым кратким визитом стараются обязательно побывать в Ельцин-центре. Наряду с мемориальным комплексом последней императорской семьи России, это самый посещаемый туристический объект крупнейшего уральского мегаполиса.

Реклама

Во многих западных странах принято, чтобы покидающие свой пост президенты продолжали активную гуманитарную деятельность. С этой целью создают институты, центры, библиотеки и другие учреждения просветительского характера. В начале нулевых по этому пути решили пойти и в России.

Еще при жизни Бориса Ельцина сотрудники фонда его имени начали изучать американский, британский и французский опыт создания центров бывших государственных лидеров. Весь процесс — от появления идеи до ее воплощения в жизнь — занял более десяти лет.

О том, как создавался Ельцин-центр, чем сейчас живет, какие проекты осуществляет и какие сложности испытывает, в интервью RFI рассказал исполнительный директор фонда «Президентский центр Бориса Николаевича Ельцина» Александр Дроздов.

RFI: Как отнеслись к идее создания Ельцин-центра на родине первого российского президента?

Александр Дроздов: Если говорить о наших отношениях с городом, поначалу они складывались очень непросто, поскольку мы получили в качестве взноса от федеральной власти здание незавершенного строительство. Оно уже к этому моменту несколько лет стояло на довольно видном месте и основательно всем мозолило глаза. Здание это было абсолютно не предназначено для функций, которые являются нашей миссией — функцией социально-культурной деятельности, а предполагало быть торгово-развлекательным центром, хотя и называлось «деловым». Конечно, это давало поводы для разного рода домыслов, интерпретаций и шуток.

На старте, как многие считали, мы потеряли два года — мы потратили их на то, чтобы провести международный конкурс на концепцию музейного дизайна, подготовку проекта к его реализации. Фактически работа над Ельцин-центром началась в конце 2012 года, открылись мы в ноябре 2015-го.

Итогом этих непростых отношений между нами и городом стали оценки, которые мы получаем от посетителей. Мне кажется, самое обнадеживающее и, может быть, самое убедительное прозвучало от одной из посетительниц, которая сказала, что с нашим открытием жизнь в городе преобразилась, она стала другая. В это понятие можно вкладывать разные нюансы, но то, что она стала «другая» — это совершенно определенно.

ru.wikipedia.org

RFI: Правда ли, что за столь короткий срок Ельцин-центр получил не только российскую известность, но и признание за рубежом?

В этом году мы принимали участие в Международном музейном форуме, на котором мы получили одну из трех главных наград. Это награда одного из основателей Европейского музейного форума «За лучшую музейную концепцию». В прошлом году приз «За музейный дизайн» получила компания-подрядчик Ельцин-Центра в этом проекте. То есть признание состоялось.

Известно, что с самого начала идея создания музея встретила не только сторонников, но и противников. В частности, акции протеста устраивали активисты ЛДПР и НОДа. С критикой Ельцин-центра и требованиями закрыть его выступали деятели культуры разной степени известности — от Никиты Михалкова до Николая Старикова. Эти нападки как-то сказываются на вашей работе?

Нет абсолютно ничего удивительного в том, что мы у кого-то вызываем неприятие «до скрежета зубовного». Так, собственно, и должно быть. При этом я хочу сказать, что мы совершенно не добиваемся нарочито чьей-либо любви, симпатий…

Я считаю, что это наше право отвечать адекватно. Только знаете, мы весьма сдержаны в проявлении своих критических настроений, потому что живем в обществе, которого добивался первый президент — свобода слова, свобода мнений. Единственное, чего хотелось бы, это корректного обмена мнениями. Разговоры о том, нужен или не нужен президентский центр, с моей точки зрения, не заслуживают внимания, поскольку существует федеральный закон, который предоставляет абсолютно равные условия для создания такого рода центров всем президентам Российской Федерации — ныне действующим и будущим.

Во-вторых, если говорить о содержании нашей музейной концепции, то мы ведь не претендовали на то, чтобы раскрыть «от и до» всю историю России, что нам вменяет Михалков, говоря о том, что здесь у нас нет того, этого, другого деятеля. Речь в нашем музее идет о попытках реформ в России, и 90-е годы — это последние из таких попыток. Вот, собственно, и все! Я не согласен с мнением оппонентов, но я готов отдать жизнь за то, чтобы они имели это мнение. Но они почему-то хотят забрать нашу жизнь для того, чтобы остаться со своим мнением. Как видите, это несколько разные позиции.

Есть ли реальная угроза того, что Ельцин-центр будет закрыт?

С какой стати? Я не могу понять: откуда могла прилететь эта ласточка, эта весточка?

Ну, скажем, он будет внесен в реестр организаций, выполняющих функцию «иностранного агента».

Нет, это исключено! Мы, к счастью, никакой другой валюты, кроме рублей, не знаем.

В екатеринбургском Ельцин-центре
В екатеринбургском Ельцин-центре commons.wikimedia.org

В музее создается эффект глубокого погружения и в дни августовского путча 1991 года, и в те месяцы, когда проходила ваучеризация, и в президентскую кампанию «голосуй сердцем». Впечатляет и последний зал, где посетителям музея предоставляется возможность записать свои мысли о том, что такое свобода и как они оценивают первого президента России. А как вы ведете просветительскую работу со школьниками и студентами, учитывая, что преподавание истории, в том числе новейшей, оставляет много вопросов? Как вы им рассказываете о том же путче ГКЧП? Есть ли в ваших планах проекты, приуроченные к столетию русской революции?

Качество школьного образования очень тревожит. Но, как говорится, Бог им судья, для этого есть министерство — пусть сами ломают голову! Что касается нас, то мы и в музее, и вне музея проводим собственные внеклассные школьные программы. Они не обязывают к посещению, что пытались нам вменить наши оппоненты — якобы весь школьный Екатеринбург ходит строем в Ельцин-центр. Нет, это сугубо добровольное посещение. Специальные лекционные курсы, которые идут в нашем образовательном центре, — это музейные программы, в том числе и в игровой форме — квестов, викторин.

Конечно, 19 августа — это особое событие в контексте нашей музейной экспозиции, поэтому каждый раз мы стараемся придумать что-то особенное. В прошлом году, например, прошел цикл авторских экскурсий для участников событий тех лет, членов ельцинской команды реформаторов. Был Шахрай, Чубайс, Шохин… Мы приурочиваем показ интересных документальных фильмов.

В прошлом году прошла прекрасная фотовыставка «Август 91 года. Люди на площади». В этом году, наверное, что-то будет в этом же роде — у нас большой архив.

Тему годовщины Октябрьской революции мы постараемся раскрыть в формате выставки «Женщины в революции».

***

Еще одной достопримечательностью музея 90-х является витрина, где выставлены награды и подарки Борису Ельцину из различных российских регионов и из-за рубежа -Израиля, Казахстана, Японии, Латвии и многих других стран. Самый яркий экспонат — оранжевый свитер, рядом с которым записка: «Дорогой Борис Николаевич! Примите мои самые теплые поздравления с днем Вашего рождения. Решил подарить Вам свитер, чтобы Вам в нем было тепло и уютно. А его оранжевый цвет — намек на то, чего не хватает сейчас нам в России. С каждым днем, Борис Николаевич, я люблю и ценю Вас все больше и больше. Ваш Борис Немцов, 1 февраля 2005 года».

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

Скачайте приложение RFI и следите за международными новостями